В Кяхте XIX века существовали две необычные профессии, которые не встречались в других местах Российской империи: савошники и ширельщики (также ширейщики, ширяльщики). К их представителям можно было отнести большую часть рабочего люда слободы.

Каждый чаехозяин имел в Кяхте собственную савошную и ширельную артели. Работа савошников заключалась в помощи по развьючиванию верблюдов, на которых монголы доставляли товар, и во взвешивании чая. Затем на собственных лошадях его отвозили в ширельни.

Китайский чай в пути от плантаций до Москвы проводил около года. В дороге его главным врагом была влага. Именно это стало причиной того, что перед путешествием по России чай «ширили», то есть зашивали в воловьи шкуры.

За день до ширки вымоченные шкуры доставлялись ширельщикам. Одной хватало на две упаковки. Артельщик брал чай, заворачивал в шкуру и зашивал ремнями особой железной иглой. Иглы встречались различного размера, так как были незаводского производства.

Ширельщики были вынуждены постоянно сидеть за работой в наклонном состоянии, от чего делались сутуловатыми. Часто рабочие этой профессии ранили себе своими ширельными иглами руки. От дурного воздуха сырых кож у артельщиков зимой часто болели головы.

Ширельщики составляли значительную часть рабочего населения чайной слободы, но жили, по сравнению с остальным окрестным людом, значительно лучше. Для примера, лошадь по тем временам стоила 3 рубля, а за ширку одного места артель получала от хозяина от 12 до 15 копеек, в зависимости от того, каким швом ширили чай: редким, средним или частым. Выбор шва зависел от хозяина.

В конце XIX века в Санкт-Петербурге издали книгу «Селенгинская Даурия: Очерки Забайкальского края». Ее автор Владимир Васильевич Птицын писал: