В августе 1939 года, после того как в ЦК запретили к постановке пьесу Михаила Булгакова «Батум» о молодом Сталине, писатель тяжело заболел. На эту пьесу Михаил Афанасьевич возлагал большие надежды, и телеграмма с известием о запрете постановки стала серьезным ударом.

Последние дни Булгаков провел дома, в Нащокинском переулке. В моменты, когда болезнь отступала, он брался за роман «Мастер и Маргарита», надеясь успеть его дописать. Жена Булгакова Елена Сергеевна читала роман вслух, а Михаил Афанасьевич слушал и диктовал поправки. Корректура романа продвигалась тяжело. Артисты МХАТа Василий Качалов, Николай Хмелёв и Алла Тарасова 8 февраля 1940 года написали письмо секретарю Сталина Александру Поскребышеву с сообщением о тяжелой болезни писателя и просьбой сообщить об этом руководителю СССР. Ответа на письмо не последовало. 13 февраля 1940 года, работая над сценой похорон Берлиоза в «Мастере и Маргарите», тяжело больной писатель сказал:

И к тексту больше не возвращался.

В квартире в Нащокинском Булгакова часто навещали друзья, у постели умирающего дежурили его давняя подруга Марика Чимишкиан и друг семьи Сергей Ермолинский. 10 марта 1940 года Елена Сергеевна записала в дневнике: «16.39. Миша умер».Ермолинский вспоминал, что в тот же день или на следующее утро в Нащокинском раздался звонок: