В период вилюйской ссылки Н. Г. Чернышевский много переводил с иностранных языков, «выучился… прямолинейной тригонометрии», писал поэму «Гимн Деве неба» и научные трактаты. По признанию писателя, он создал около 14 романов, среди которых «Рассказы из Белого зала», «Рассказы А. М. Левицкого» и другие. Но все эти труды почти не дошли до потомков — их либо изъяли в ходе жандармских обысков камеры, либо уничтожил сам Чернышевский. Он осознавал, что в Российской империи любые его сочинения печатать запрещено. 

В конце 1873 года аноним сообщил иркутскому генерал-губернатору о том, что для Чернышевского готовят побег. В Вилюйск направили жандармского полковника Купенкова, чтобы тот провел обыск в жилище ссыльного. Подтверждений запланированного побега жандармы не обнаружили. В рапорте Купенков написал: «Сильно похудевший и пожелтевший Чернышевский эксцентричен, странен и необщителен с людьми, …проводит время в чтении и письме, уничтожая свои работы». В заключение полковник добавил, что побег Чернышевского практически невозможен в силу суровых климатических условий и безлюдных окрестностей. 

Свои рукописи писатель не только сжигал. Он уничтожал их и другим способом — рвал на мелкие кусочки и пускал по реке Вилюй. «Пишу и рву: беречь рукописи не нужно: остается в памяти все, что раз было написано», — писал он Александру Пыпину в 1877 году.

 
Из огромного количества рукописей Н. Г. Чернышевского тех лет сохранилась только повесть «Отблески сияния» в отрывках, которую увез от него якутский прокурор. Повесть начинается воспоминаниями о родном городе Саратове: «В родной мой край да летит мой привет». 

Летом 1874 года Чернышевскому предложили подать прошение о помиловании. Писатель предложения не принял.