Луи-Николя Даву (1770–1823), заслуживший прозвище Железный маршал, — выдающийся полководец, единственный военачальник Наполеона I Бонапарта, не проигравший ни одной баталии. Преданный соратник, даже в трудные времена не отрекшийся от опального императора. Маршал участвовал в египетской экспедиции и во многих ставших знаменитыми сражениях.
В 1812 году Даву воевал под Смоленском, получил контузию при Бородине. Вернувшийся из изгнания Наполеон не захотел рисковать своим верным сподвижником, назначив его министром и поручив ему командование столичными войсками. Император уверял Луи-Николя: «Париж я могу доверить только Вам». Услышав столь лестное объяснение, отчаянно протестовавший и стремившийся на передовую военачальник был вынужден смириться.
Маршальский жезл — символ воинской славы, величия армии и ратного труда воинов, предел мечтаний каждого простого солдата. По его мановению тысячи людей начинают нелегкий путь к победе. История жезла, принадлежавшего Даву, прекрасно известна. Николай Петрович Карнович, прапорщик лейб-гвардии Финляндского полка, обнаружил его в числе прочих трофеев, взятых у врага 5 ноября 1812 года в сражении под Красным.
Его батальонный командир, штабс-капитан Байков, привез жезл в Петербург и вручил императору. Александр I снял со своей груди орден Святого Георгия и пожаловал его офицеру. К Даву у русских был особый счет, ведь в период оккупации Москвы его спальня располагалась в алтаре соборного храма Чудова монастыря. В том самом месте, где дьяконом возносилось прошение «о мире всего мира», стоял вооруженный неприятель. Маршал не мог не понимать оскорбительности такого жеста.
«Санкт-Петербургские ведомости» немедленно оповестили население об этом знаменательном событии. 13 ноября, во время торжественного богослужения в Казанском соборе в связи с разгромом корпуса Даву, «отбитые у неприятеля под Красным пять знамен и маршала Давуста повелительный жезл» (как было записано в камер-фурьерском журнале) выставили на всеобщее обозрение.
Августейшим повелением реликвию оставили в Казанском соборе, где с тех пор, по выражению князя Кутузова, «победа украшает святыню, а святыня возвеличивает победу». В начале XX века при подготовке к юбилею находившиеся в соборе трофеи — знамена, ключи от крепостей и маршальский жезл Даву — прибыли на «вечное хранение» в Москву, в Музей 1812 года.
Жезл экспонировался на выставке, организованной Музеем 1812 года в ГИМ в честь столетия победы над Наполеоном, а по ее завершении был передан в Военно-исторический музей. После ликвидации ВИМ он оказался в Государственном историческом музее, а с сентября 2012 года занял почетное место в коллекции Музея Отечественной войны 1812 года.
Многие годы Государственный Эрмитаж утверждал, что жезл, отбитый в 1812 году при Красном, находится именно в этом художественном музее, и только в 2012 году признал, что в Музее Отечественной войны 1812 года экспонируется подлинник. Как стало известно совсем недавно, французские историки полагают, что единственный потерянный Даву жезл, лично врученный маршалу Наполеоном, хранится в ГИМ.
В 1812 году Даву воевал под Смоленском, получил контузию при Бородине. Вернувшийся из изгнания Наполеон не захотел рисковать своим верным сподвижником, назначив его министром и поручив ему командование столичными войсками. Император уверял Луи-Николя: «Париж я могу доверить только Вам». Услышав столь лестное объяснение, отчаянно протестовавший и стремившийся на передовую военачальник был вынужден смириться.
Маршальский жезл — символ воинской славы, величия армии и ратного труда воинов, предел мечтаний каждого простого солдата. По его мановению тысячи людей начинают нелегкий путь к победе. История жезла, принадлежавшего Даву, прекрасно известна. Николай Петрович Карнович, прапорщик лейб-гвардии Финляндского полка, обнаружил его в числе прочих трофеев, взятых у врага 5 ноября 1812 года в сражении под Красным.
Его батальонный командир, штабс-капитан Байков, привез жезл в Петербург и вручил императору. Александр I снял со своей груди орден Святого Георгия и пожаловал его офицеру. К Даву у русских был особый счет, ведь в период оккупации Москвы его спальня располагалась в алтаре соборного храма Чудова монастыря. В том самом месте, где дьяконом возносилось прошение «о мире всего мира», стоял вооруженный неприятель. Маршал не мог не понимать оскорбительности такого жеста.
«Санкт-Петербургские ведомости» немедленно оповестили население об этом знаменательном событии. 13 ноября, во время торжественного богослужения в Казанском соборе в связи с разгромом корпуса Даву, «отбитые у неприятеля под Красным пять знамен и маршала Давуста повелительный жезл» (как было записано в камер-фурьерском журнале) выставили на всеобщее обозрение.
Августейшим повелением реликвию оставили в Казанском соборе, где с тех пор, по выражению князя Кутузова, «победа украшает святыню, а святыня возвеличивает победу». В начале XX века при подготовке к юбилею находившиеся в соборе трофеи — знамена, ключи от крепостей и маршальский жезл Даву — прибыли на «вечное хранение» в Москву, в Музей 1812 года.
Жезл экспонировался на выставке, организованной Музеем 1812 года в ГИМ в честь столетия победы над Наполеоном, а по ее завершении был передан в Военно-исторический музей. После ликвидации ВИМ он оказался в Государственном историческом музее, а с сентября 2012 года занял почетное место в коллекции Музея Отечественной войны 1812 года.
Многие годы Государственный Эрмитаж утверждал, что жезл, отбитый в 1812 году при Красном, находится именно в этом художественном музее, и только в 2012 году признал, что в Музее Отечественной войны 1812 года экспонируется подлинник. Как стало известно совсем недавно, французские историки полагают, что единственный потерянный Даву жезл, лично врученный маршалу Наполеоном, хранится в ГИМ.
