До 1920-х годов территория современной Республики Коми была мало обитаемой и неизученной. Спустя двадцать лет после начала освоения региона эта тема появилась в советском искусстве, а в Коми был учреждено локальное отделение Союза художников.
Геологическая разведка СССР в середине XX века находилась в ведомстве НКВД, поскольку страна остро нуждалась в промышленном сырье. Репрессированные и заключенные лагерей работали на добыче нефти, угля, леса. Печорскую железную дорогу прокладывали в экстремально короткие сроки через зоны вечной мерзлоты; она соединила северные месторождения полезных ископаемых с центром страны.
Общая протяженность Северо-Печорской железной дороги к 1954 году составляла почти две тысячи километров. Стройка была одним из приоритетов советской власти. Так, для строительства моста через Печору были использованы конструкции Дворца Советов, который возводили в Москве на месте Храма Христа Спасителя, а также одного из мостов через канал Москва — Волга. Именно по этой причине пролеты Печорского моста отличаются друг от друга.
В народе говорили, что Печорская железная дорога, равно как шахты Воркуты, Инты, а также города, возникшие на месте лагерных пунктов ГУЛАГа, построены «на костях». Эти годы стали самыми трагичными в истории освоения республики.
Художник Пантелеймон Митюшёв побывал в Воркуте в 1947 году — тогда город негласно называли «заполярной кочегаркой». Картину «Строительство Печорской железной дороги» он написал позднее, в Сыктывкаре, по впечатлениям от поездки. Молодому живописцу удалось показать тяжелые испытания на стройке, борьбу со стихией и природой, которую вели рабочие.
Очевидцы стройки утверждали, что картина написана нереалистично и в ней много вымысла. Художник создавал ее спустя пять лет после завершения стройки. Современники критиковали полотно за недостаток пафоса, изображение исключительно ручного труда и за отсутствие женщин, работавших наравне с мужчинами. В фондах Национальной галереи Коми хранится и эскиз к этой работе, на котором определена композиция произведения.
