Рабочий стол Федина располагался в кабинете на даче в Переделкино. Здесь были написаны все крупнейшие произведения писателя: трилогия «Первые радости», «Необыкновенное лето», «Костер», «Горький среди нас», «Писатель. Искусство. Время». Стол — деревянный, с двумя тумбами, в каждой из которых по три выдвижных ящика. Поверхность стола прямоугольной формы с закругленными углами. Стол и тумбы шпонированы светлым деревом. Располагается стол около имитированного окна с видом на сосновый лес, именно так он размещался в рабочем кабинете на даче. В музей стол передала дочь писателя Нина Константиновна еще для первой экспозиции, открывшейся в 1981 году.
На столе личные вещи писателя, благодаря которым мы можем более полно представить привычки Константина Александровича, его привязанности и уклад жизни. Все разложено и расставлено так, как это было в последние месяцы жизни Федина: фотографии дочери Нины, внучки Вари и внука Константина. В центре стола лежат листы рукописи неоконченного романа «Костер». Перекидной календарь открыт на дате 15 июля 1977 года — последнем дне жизни писателя.
У Константина Александровича на рабочем столе была традиционная лампа-бульотка ХIХ века с зеленым металлическим абажуром. Такие лампы бытовали в конце ХVIII — начале ХIХ века, их использовали при карточных играх. Непрозрачный абажур устанавливался таким образом, чтобы свет падал на стол и карты игроков, оставляя в тени их лица. Название лампе дала одноименная популярная французская карточная игра «бульот». Лампы с зелеными абажурами со временем перекочевали с ломберных столов на письменные столы в кабинеты чиновников и в читальные залы библиотек. Позднее в СССР их заменили электрические настольные лампы, но, по-прежнему, с абажурами зеленого цвета. Лампа-бульотка Федина отреставрирована и переделана в электрическую зятем писателя Александром Викторовичем Роговиным — артистом театра Станиславского.
С торца стола вплотную к нему придвинута деревянная полка с книгами о Великой Отечественной войне. Прежде всего, военные мемуары, исторические монографии, к которым Федин постоянно обращался при работе над новыми главами «Костра». На деревянном рабочем кресле лежит его плед, сбоку прислонена трость писателя.
