В 1922 году исполнилось 25 лет служения Собинова оперному искусству. Но торжества были перенесены на год и приурочены к новой постановке оперы «Лоэнгрин», состоявшейся 29 марта 1923 года. Режиссёром-постановщиком её стал В.А. Лосский, художником постановщиком — Ф.Ф. Федоровский. В 1918 году уже опытным театральным художником Фёдор Фёдорович был приглашён в Большой театр, а в 1921 году назначен заведующим его художественной частью. 

Это были годы экспериментов в Большом театре. Впервые на сцене театра художником были применены монументальные формы и иное архитектурно-пространственное решение сценической площадки. Опера «Лоэнгрин» строилась постановщиками с определенной концепцией, которая должна была помочь зрителю создать «впечатление монументального патетического пафоса торжественности… периода расцвета древнегерманского искусства», созвучного музыке Вагнера. Не цитируя напрямую образцы этого искусства, Фёдоровский взял оттуда лишь колорит и символизм цвета… Источником послужили старые германские миниатюры, где доминировали золото, серебро, голубой, розовый, зелёный.

Огромная роль отводилась свету: для создания «лучистости и насыщенности инсценировки» на авансцене были сконструированы специальные острые плиты, в них размещены источники света, по словам художника, «дающие необходимую силу и динамику, связанную с звуковой гармонией». Для главных исполнителей — Лоэнгрина-Собинова и Эльзы-Неждановой по эскизам Ф. Федоровского были исполнены новые костюмы.

Костюм Лоэнгрина был выполнен в золотистых тонах: золотые нашивки, золотые лучи, вышитые на плаще и робе, расходящиеся из центра по белому полю ткани, олицетворяли «фееричность и победоносность рыцаря Лоэнгрина». 

Фотооткрытки из ярославской собиновской коллекции дают возможность рассмотреть в подробностях этот костюм Собинова-Лоэнгрина 1923 года.

О спектакле писали: