В 2010 году калининградский художник Сергей Андреевич Арищенко выполнил ряд скульптур под впечатлением от произведений и графики немецкого писателя, художника и музыканта Эрнста Теодора Амадея Гофмана. Эта скульптура наравне с остальными была отлита из бронзы.

Работа Сергея Арищенко представляет собой авторское изображение одной из карикатур Эрнста Гофмана. Верхом на гротескной химере с львиной головой и звериными передними лапами, павлиньими перьями по бокам змеевидного тулова восседает пузатая мужская фигура. На голове мужчины — шлем с высоким плюмажем, в высоко поднятой левой руке — кубок, правая рука сжата в кулак.

Известно, что Эрнст Теодор Амадей Гофман иллюстрировал собственные произведения. Писатель интересовался не только музыкой и литературой, но и живописью, в особенности пейзажной, и даже в описании в своих произведениях он использовал краски и цвет для того, чтобы показать красоту природы.

Способность тонко подмечать все недостатки и пороки общества, живость, с которой Гофман изображал окружающую его действительность, нашла своеобразный выход в изобразительном искусстве. Уроки живописи и рисунка Эрнст Гофман получил еще в юности на занятиях художника Иоганна Готлиба Земана. Свое умение рисовальщика он обратил на выявление лицемерия и ханжества общества, в котором жил. Немецкая критика была невысокого мнения о Гофмане, там предпочитали романтизм глубокомысленный и серьезный, без примеси сарказма и сатиры, к которым обращался автор.

Карандаш для немецкого писателя служил острым оружием против банальности, пошлости, лицемерия, рутины. Сохранились его комичные наброски, которые он делал во время судебных заседаний, в литературном салоне, в ресторанчике, где проводил время с друзьями. Письма и страницы дневника он сопровождал автопортретами, выставляя свою персону в ироничном свете.

В 1807 году Эрнст Теодор Амадей Гофман работал юристом в Варшаве; в это время произошел переход этих территорий к наполеоновским войскам. Немецкий автор лишился работы, после чего начал рисовать карикатуры на Наполеона Бонапарта, однако полученных за художества средств семье едва хватало на самое необходимое.