В 1858 г. в Тифлис прибыл немецкий художник-баталист Теодор Горшельт. Он был представлен главнокомандующему русскими войсками на Кавказе князю А.И. Барятинскому, принят на временную военную службу и послан в распоряжение генерал-майора И.А. Вревского, командовавшего одним из передовых отрядов. Находясь на передней линии, художник нередко принимал участие в военных действиях. Поэтому его работы отличаются точностью даже в самых мелких деталях.
В 1863 г. Горшельт возвратился в Мюнхен и в 1867 г. принял участие в Парижской Всемирной художественной выставке с картиной «Штурм аула Гуниб 25 августа 1859 года», за которое был удостоен Большой золотой медали. Эта картина — результат большого труда художника, итог многих зарисовок, сделанных в дни, когда был осажден и взят приступом аул Гуниб, последний оплот Шамиля.
На картине изображен момент, когда поднявшиеся с южной стороны высокогорного аула Гуниб солдаты Апшеронского пехотного полка вступили в бой с сотней мюридов, защищавших имама Шамиля и его семью. Бой был жаркий, но короткий: отчаянно защищавшиеся мюриды были уничтожены апшеронцами. Художник, будучи участником штурма, сумел передать ожесточенность схватки. Горцы, притиснутые к скале, все же готовы сражаться до конца и умереть, но не сдаться «неверным». Русские солдаты, обильно полившие своей кровью кавказские кручи и долины, полны решимости покончить с сопротивлением горцев. Художнику удалось передать напряжение боя, его накал, где, кажется, так и слышатся яростные крики горцев, выстрелы, стоны раненых и русское громовое «Ура!»
В этом бою ни А.И. Барятинский, ни Шамиль не принимали участия. Барятинский в это время находился в роще у подножия Гуниба, ожидая окончания штурма и надеясь на сдачу Шамиля. Имам был в ауле, от которого сотня мюридов — последних защитников Гуниба — были отрезаны апшеронцами. Но по просьбе Владимира Барятинского, брата главнокомандующего, оба они были изображены на картине в гуще боя. Если внимательно присмотреться, то в центре картины среди апшеронцев хорошо виден офицер в черном мундире с погонами и в фуражке с красным околышем — это и есть А.И. Барятинский, а справа под скалой в коричневом чекмене и папахе можно узнать грозного имама Шамиля. В одной руке у него сабля, в другой кинжал. Над ним, в руках одного из наибов — личное знамя имама.
