У многих народов слово «шаль» звучит примерно одинаково, так как оно заимствовано из персидского языка.

Интерес к шали в Европе возник после похода Наполеона Бонапарта в Египет. Наполеон привез Жозефине Богарне множество восточных сокровищ, среди которых были кашемировые или, как было принято говорить, кашмирские шали. Благодаря супруге императора шали стали неотъемлемой частью гардероба французских аристократок, быстро распространившись и по всей Европе. И, конечно, в России.

Именно Жозефина оказывала покровительство талантливому портному Леруа, который одевал весь императорский двор и считался творцом новой моды в стиле ампир. Хотя ампирные туалеты, безусловно, были красивы и легки, в них все же было очень холодно. Однако женщины, не желавшие расставаться с нарядами, решили эту проблему и стали носить теплые шали. Платье эпохи ампира, напоминающее об античных временах, и яркая шаль, напоминающая о них же, идеально друг другу подошли.

Шали были различных форм и размеров: длинные, квадратные и даже восьмиугольные. Особенно ценилось искусство драпировки шали. О женщинах того времени чаще говорили, что они «хорошо задрапированы», чем «они хорошо одеты». Авторитетный для того времени дамский журнал заявлял:

Шаль была настолько популярна, что в начале XIX века появился танец «па де шаль». Дама должна была начинать каждое движение с вытянутого носка то левой, то правой ноги и одновременно двигать плавно левой и правой рукой с зажатым концом шали. Так она демонстрировала свое изящество, грациозность и хорошую осанку. Эта традиция сохранилась до конца XIX века. Например, в повести «Дядюшкин сон» Ф.М. Достоевского можно прочитать такие строки:

С середины XIX века в России начинают массово производить шали с набивным рисунком, которые были гораздо дешевле тканых. Таким образом, шаль прочно вошла в быт всех слоев русского общества.