«Птушка-дед» — это хлудневская глиняная игрушка. Ее выполнил Александр Заборских, продолжатель старинных традиций деревни Хлуднево.
Игрушки хлудневского промысла отличаются особой цельностью. Исследователь Светлана Личенко писала, что они «предельно обобщены и примитивны по способу лепки, невелики по размерам, но это не лишает их определенной монументальности». Слово «примитивны» тут используется не как «нечто неумелое»: примитивами называют особый вид народных искусств, где в обобщенных, но очень точных формах отражается наивное, непосредственное восприятие мира.
В хлудневском промысле особенно выделяются три вида изделий: игрушки-свистульки, сюжет «Древо жизни» и так называемые грематухи. Грематухи — это чаще всего погремушки в виде женской фигурки. Мастера еще при лепке закладывают в них несколько комочков глины: их прячут под колокол юбки, после чего дно юбки замазывают и игрушку обжигают.
«Древо жизни» придумала мастерица Аграфена Трифонова. Это своеобразный собирательный образ природы, наполненный разными фигурками птичек, зверей или людей. Аналогов у этой игрушки нет ни в одном промысле.
Свистульки чуть проще по форме, но не менее эффектны по своим художественным находкам. Во-первых, их почти всегда украшает какая-нибудь фигурка на конце камеры-свистка. Во-вторых, они нередко бывают перевертышами. Например, в этом свистке спрятаны два образа: в одном ракурсе это птичка с поднятыми крыльями, в другом она превращается в голову бородатого старичка. Исконные хлудневские мастерицы любили такие головоломки, и эту привязанность в полной мере разделил Александр Заборских.
В Хлудневе производство игрушки оформилось в самостоятельный промысел примерно в середине-конце XIX века, хотя точное время назвать сложно. О возрасте этого занятия свидетельствует как минимум то, что овраг за деревней, где брали синюю глину именно для игрушек, весь изрыт: видно, что копали тут издавна. Также за долгие годы появилось множество разных терминов для игрушки-свистка: тут их называют «соловьи», «свистухи», «свистульки», «свистуны», «гудухи», «сопелки». А сама основа игрушки, которая служит камерой-резонатором, получила имя «куржупка».
Примерно с 1970-х годов производство игрушек начало ориентироваться на городских жителей: музейных работников, коллекционеров, туристов. Среди мастериц возникало некое соперничество: каждая стремилась придумать новинку и первой показать ее приезжим заказчикам.
Но основным товаром до начала «городского бума» всё же были легкие и компактные свистки. Эти дешевые игрушки фактически жили лишь в шумной атмосфере ярмарки. Они предназначались для детской руки, в них даже не было точек опоры — то есть их нельзя было поставить. Наряду с ними мастера лепили и чуть более крупные свистухи на двух ножках — то есть на трех точках опоры. Эти изделия уже можно было расположить на столе или лавке, организовать их в композицию, играть с ними в игры.
Игрушки хлудневского промысла отличаются особой цельностью. Исследователь Светлана Личенко писала, что они «предельно обобщены и примитивны по способу лепки, невелики по размерам, но это не лишает их определенной монументальности». Слово «примитивны» тут используется не как «нечто неумелое»: примитивами называют особый вид народных искусств, где в обобщенных, но очень точных формах отражается наивное, непосредственное восприятие мира.
В хлудневском промысле особенно выделяются три вида изделий: игрушки-свистульки, сюжет «Древо жизни» и так называемые грематухи. Грематухи — это чаще всего погремушки в виде женской фигурки. Мастера еще при лепке закладывают в них несколько комочков глины: их прячут под колокол юбки, после чего дно юбки замазывают и игрушку обжигают.
«Древо жизни» придумала мастерица Аграфена Трифонова. Это своеобразный собирательный образ природы, наполненный разными фигурками птичек, зверей или людей. Аналогов у этой игрушки нет ни в одном промысле.
Свистульки чуть проще по форме, но не менее эффектны по своим художественным находкам. Во-первых, их почти всегда украшает какая-нибудь фигурка на конце камеры-свистка. Во-вторых, они нередко бывают перевертышами. Например, в этом свистке спрятаны два образа: в одном ракурсе это птичка с поднятыми крыльями, в другом она превращается в голову бородатого старичка. Исконные хлудневские мастерицы любили такие головоломки, и эту привязанность в полной мере разделил Александр Заборских.
В Хлудневе производство игрушки оформилось в самостоятельный промысел примерно в середине-конце XIX века, хотя точное время назвать сложно. О возрасте этого занятия свидетельствует как минимум то, что овраг за деревней, где брали синюю глину именно для игрушек, весь изрыт: видно, что копали тут издавна. Также за долгие годы появилось множество разных терминов для игрушки-свистка: тут их называют «соловьи», «свистухи», «свистульки», «свистуны», «гудухи», «сопелки». А сама основа игрушки, которая служит камерой-резонатором, получила имя «куржупка».
Примерно с 1970-х годов производство игрушек начало ориентироваться на городских жителей: музейных работников, коллекционеров, туристов. Среди мастериц возникало некое соперничество: каждая стремилась придумать новинку и первой показать ее приезжим заказчикам.
Но основным товаром до начала «городского бума» всё же были легкие и компактные свистки. Эти дешевые игрушки фактически жили лишь в шумной атмосфере ярмарки. Они предназначались для детской руки, в них даже не было точек опоры — то есть их нельзя было поставить. Наряду с ними мастера лепили и чуть более крупные свистухи на двух ножках — то есть на трех точках опоры. Эти изделия уже можно было расположить на столе или лавке, организовать их в композицию, играть с ними в игры.
