Ендова (по коми — яндӧва) широко бытовала на Руси в XVI–XVII веках, в XVIII–XIX веках ещё встречалась в купеческом и крестьянском быту. Изготавливалась из меди или латуни. Представляла собой круглую в сечении невысокую чашу на поддоне со сливным носиком. Боковые поверхности корпуса расчеканивались ложками. Судя по историческим свидетельствам, ендову никогда не выставляли на стол в качестве питейной посуды. Как писал историк Н.И. Костомаров «Ендова была сосуд более кухонный, но употреблялся и как столовый для приноса питья …», то есть предназначался для разлива напитков на праздничных трапезах. Хозяйка разливала напиток по стаканам и уносила ендову.
Медная посуда бытовала в крестьянских семьях вплоть до начала XX века. Её ценили за хорошую теплопроводность, несложный уход и бактерицидные свойства. На поверхности медных сплавов в течение двух часов погибает более чем 99,9 бактерий.
Производство медной посуды широко бытовало на Русском Севере в XVIII–XIX веках. Значительную роль в производстве медных изделий сыграли многочисленные монастыри. На вологодской земле при Кирилло — Белозерском и Спасо — Прилуцком монастырях существовали мастерские по производству медной посуды. Крупными центрами медного промысла были Холмогоры и Архангельск. В 1730-х годах медное дело было освоено на Урале, на заводе Демидова. Регионами с высокой культурой металлообработки на северо-западе были Великий Новгород, Псков, Тихвин.
В Поволжье Ярославль, Нижний Новгород, Кострома. Существовало разделение территорий, производивших те или иные изделия: в Вологде ендовы и рукомойники, в Олонецкой губернии — кофейники. Северодвинский тип ендовы имел форму круглой чаши на низком поддоне, со слегка отогнутыми краями, с полуоткрытым носком в виде желобка. Рукоятка делались очень редко.
Медная посуда выполнялась техникой кузнечной ковки, литья, выколотки с использованием чеканки, вытяжки, пайки, вальцовки. Внутренняя поверхность медных изделий, предназначенных для приготовления пищи, обязательно покрывалась слоем оловянной полуды.
