В собрании Угличского музея хранится «Портрет Ягодиной с сыном» кисти неизвестного художника. Эта картина попала в музей с парным изображением «Портретом Ягодина с дочерью». Полотна сохранились чудом: они были обнаружены на чердаке одного из старых городских домов в середине XX века и переданы в музей. Портреты нуждались в срочной реставрации и только после восстановления заняли свое место в экспозиции.
Холсты представляют собой прекрасные — и не такие уж частые в провинциальной живописи первой половины XIX века — образцы детских изображений. Достоверных сведений о семье Ягодиных найти пока не удается, хотя фамилия существует в городе и сейчас.
Маленький Ягодин представлен в том возрасте, когда мальчиков начинали учить грамоте — отправляли в школу или к учителю, с которым он осваивал чтение, письмо и счет. Его длинная рубашка-косоворотка на трех пуговках наглухо застегнута и перехвачена поясом согласно старинным правилам мужского одевания — ни в коем случае не быть «распоясанным» или «расхристанным», то есть с распахнутым воротом. Лицо ребенка сохраняет спокойное и серьезное выражение, столь необходимое, по мнению семьи, при позировании для портрета.
Молодая темноглазая женщина, привлекательная и несколько меланхоличная, одета по моде 1840-х годов, отказавшейся от декоративных и преизбыточных увлечений предыдущего десятилетия. Ее простое платье с рукавами, узкими у плеча и широкими в нижней части, дополнено белой вставкой с фестонами у ворота и шалью в тон самого платья. Однако в «большой моде» в это время распространены сложные и богато декорированные двойные рукава-пагоды той же формы. На голове у женщины плотная темная головная повязка, полностью скрывающая волосы. Набор украшений матери семейства значительно отличается от того, который был распространен в купеческой среде того времени, с изобилием жемчуга и перстней с цветными камнями на пальцах. Крупные серьги и простые тонкие кольца — уже не показатель состояния семьи.
Художник, писавший эту семью, остался неизвестным. Вероятно, это один из ремесленных мастеров, выполнявших заказы городских обывателей.
Холсты представляют собой прекрасные — и не такие уж частые в провинциальной живописи первой половины XIX века — образцы детских изображений. Достоверных сведений о семье Ягодиных найти пока не удается, хотя фамилия существует в городе и сейчас.
Маленький Ягодин представлен в том возрасте, когда мальчиков начинали учить грамоте — отправляли в школу или к учителю, с которым он осваивал чтение, письмо и счет. Его длинная рубашка-косоворотка на трех пуговках наглухо застегнута и перехвачена поясом согласно старинным правилам мужского одевания — ни в коем случае не быть «распоясанным» или «расхристанным», то есть с распахнутым воротом. Лицо ребенка сохраняет спокойное и серьезное выражение, столь необходимое, по мнению семьи, при позировании для портрета.
Молодая темноглазая женщина, привлекательная и несколько меланхоличная, одета по моде 1840-х годов, отказавшейся от декоративных и преизбыточных увлечений предыдущего десятилетия. Ее простое платье с рукавами, узкими у плеча и широкими в нижней части, дополнено белой вставкой с фестонами у ворота и шалью в тон самого платья. Однако в «большой моде» в это время распространены сложные и богато декорированные двойные рукава-пагоды той же формы. На голове у женщины плотная темная головная повязка, полностью скрывающая волосы. Набор украшений матери семейства значительно отличается от того, который был распространен в купеческой среде того времени, с изобилием жемчуга и перстней с цветными камнями на пальцах. Крупные серьги и простые тонкие кольца — уже не показатель состояния семьи.
Художник, писавший эту семью, остался неизвестным. Вероятно, это один из ремесленных мастеров, выполнявших заказы городских обывателей.
