В коллекции Угличского музея хранится портрет почетного горожанина Матвея Сергеевича Сурина. Автор полотна — сын угличского приходского священника, провинциальный художник Иван Васильевич Тарханов.
Любопытно, что впервые художник написал портрет Сурина в 1829 году, изобразив Матвея Сергеевича главой семьи и хозяином. Кроме отца семейства, художник изобразил и других членов семьи. Первая половина XIX века — время подъема купечества, превращения из мелких торговцев железным товаром в «отцов города». Наличие семейных портретов — показатель и богатства, и статуса.
Спустя 14 лет по заказу Сурина-младшего Тарханов исполнил еще один портрет Матвея Сергеевича, но уже посмертный. Это портрет-памятник: на холст были перенесены с натуры черты мундира, лицо же в точности повторяет изображение 1829 года. Задачей портрета было не только увековечить память отца, но и указать на его особую роль и место в общественной жизни. Матвей Сергеевич был членом городового магистрата, которому было подчинено купеческо-мещанское население города, а в 1839 году он вышел в отставку с поста бургомистра — с признанием заслуг, с почетным правом и впредь носить мундир.
Почетный горожанин Матвей Сурин умер в октябре 1842 года, о чем была сделана запись его сыном: «Жития его было 69 годов 3 месяца 18 дней». Сын подчеркнуто возвеличивал отца, превратив его похороны в некий апофеоз прожитой жизни: «Отпевали его в церкви у Казанской 30 священников, 2 Архимандрита, 14 дьяконов и 60 дьячков на обеде было всех 320 человек». Потом он заказал парные портреты и как бы встал вровень с отцом. Пара портрета — «Сурин-младший» — изображает сына, служащего в магистрате и носящего мундир-кафтан с шитьем, подчеркивая тем самым значение семьи для городского сообщества и преемственность ее представителей на выборных должностях.
Пары «отец — сын» достаточно редки в наследии провинциальных художников. После революции 1917 года память о городских головах и бургомистрах была неуместна и даже опасна. Архив семейства Суриных был на грани исчезновения. К счастью, в 1970-е годы часть архива была спасена практически со свалки и передана в музейное собрание.
Любопытно, что впервые художник написал портрет Сурина в 1829 году, изобразив Матвея Сергеевича главой семьи и хозяином. Кроме отца семейства, художник изобразил и других членов семьи. Первая половина XIX века — время подъема купечества, превращения из мелких торговцев железным товаром в «отцов города». Наличие семейных портретов — показатель и богатства, и статуса.
Спустя 14 лет по заказу Сурина-младшего Тарханов исполнил еще один портрет Матвея Сергеевича, но уже посмертный. Это портрет-памятник: на холст были перенесены с натуры черты мундира, лицо же в точности повторяет изображение 1829 года. Задачей портрета было не только увековечить память отца, но и указать на его особую роль и место в общественной жизни. Матвей Сергеевич был членом городового магистрата, которому было подчинено купеческо-мещанское население города, а в 1839 году он вышел в отставку с поста бургомистра — с признанием заслуг, с почетным правом и впредь носить мундир.
Почетный горожанин Матвей Сурин умер в октябре 1842 года, о чем была сделана запись его сыном: «Жития его было 69 годов 3 месяца 18 дней». Сын подчеркнуто возвеличивал отца, превратив его похороны в некий апофеоз прожитой жизни: «Отпевали его в церкви у Казанской 30 священников, 2 Архимандрита, 14 дьяконов и 60 дьячков на обеде было всех 320 человек». Потом он заказал парные портреты и как бы встал вровень с отцом. Пара портрета — «Сурин-младший» — изображает сына, служащего в магистрате и носящего мундир-кафтан с шитьем, подчеркивая тем самым значение семьи для городского сообщества и преемственность ее представителей на выборных должностях.
Пары «отец — сын» достаточно редки в наследии провинциальных художников. После революции 1917 года память о городских головах и бургомистрах была неуместна и даже опасна. Архив семейства Суриных был на грани исчезновения. К счастью, в 1970-е годы часть архива была спасена практически со свалки и передана в музейное собрание.
