Один из самых интересных портретов Екатерины Великой принадлежит кисти шведского художника Александра Рослина (15 июля 1718 г., Мальмё — 5 июля 1793 г., Париж). Он был исполнен в 1776–77 годах, в Петербурге, но не пришелся по вкусу императрице. Образы шведа всегда отличались реалистичностью, и художник правдиво, без лести и угодничества изобразил стареющую Екатерину. Она не могла принять такую правду от иностранного художника, к тому же привыкла видеть себя на портретах и моложе, и привлекательнее.
«Исправить» неугодный портрет императрица поручила прославленному русскому живописцу Фёдору Степановичу Рокотову (1735 г., имение Воронцово — 24 декабря 1808 г., Москва). Переписал Рокотов только лицо, внес незначительные коррективы в фасон платья, сохранив при этом и композицию, и пышную обстановку портрета Рослина. Рокотов не только смягчил черты лица императрицы, сделав их правильнее и приятнее, но и придал выражению ту величественную одухотворенность, которую так настойчиво демонстрировала Екатерина II перед своими подданными. Прическа императрицы стала более высокой и пышной. Ее голова увенчана короной и лавровым венком. Декольте платья сделано более глубоким и открытым. Екатерина II осталась очень довольна работой мастера и самолично приказала следовать Рослину только в композиции, а лицо писать «по Рокотову» при изготовлении других экземпляров. Так появился знаменитый совмещенный тип Рослина — Рокотова.
Неизвестный художник ХVIII века использовал упомянутый тип при написании таганрогского портрета. Он представил Екатерину поколенно, в платье серебристой парчи и лиловом казакине, с горностаевой мантией на плечах. Освещенная фигура императрицы выступает из темноты фона, в котором едва просматриваются и необходимые для парадного портрета атрибуты — скипетр, держава и большая императорская корона. На заднем плане художник изобразил колонну с пурпурной портьерой. Он намеренно погружает в темноту весь антураж парадного изображения. Главной становится фигура самой императрицы, а основное внимание зрителя привлекает именно ее лицо, проницательный взгляд и легкая улыбка.
«Исправить» неугодный портрет императрица поручила прославленному русскому живописцу Фёдору Степановичу Рокотову (1735 г., имение Воронцово — 24 декабря 1808 г., Москва). Переписал Рокотов только лицо, внес незначительные коррективы в фасон платья, сохранив при этом и композицию, и пышную обстановку портрета Рослина. Рокотов не только смягчил черты лица императрицы, сделав их правильнее и приятнее, но и придал выражению ту величественную одухотворенность, которую так настойчиво демонстрировала Екатерина II перед своими подданными. Прическа императрицы стала более высокой и пышной. Ее голова увенчана короной и лавровым венком. Декольте платья сделано более глубоким и открытым. Екатерина II осталась очень довольна работой мастера и самолично приказала следовать Рослину только в композиции, а лицо писать «по Рокотову» при изготовлении других экземпляров. Так появился знаменитый совмещенный тип Рослина — Рокотова.
Неизвестный художник ХVIII века использовал упомянутый тип при написании таганрогского портрета. Он представил Екатерину поколенно, в платье серебристой парчи и лиловом казакине, с горностаевой мантией на плечах. Освещенная фигура императрицы выступает из темноты фона, в котором едва просматриваются и необходимые для парадного портрета атрибуты — скипетр, держава и большая императорская корона. На заднем плане художник изобразил колонну с пурпурной портьерой. Он намеренно погружает в темноту весь антураж парадного изображения. Главной становится фигура самой императрицы, а основное внимание зрителя привлекает именно ее лицо, проницательный взгляд и легкая улыбка.
