Советская военная форма — это не меньший символ Победы, чем «тридцатьчетверка» (танк марки «Т-34») или «Катюша». Даже далёкие от военной истории люди по старым фотографиям и кадрам кинохроники помнят диковинные для XX века «бинты» на ногах солдат. Более продвинутые помнят, что такие «бинты» именуются обмотками. Но мало кто знает, как и почему появился этот странный и давно исчезнувший предмет армейской обуви. И почти никто не знает, как их носили и зачем они были нужны.
В ХХ веке искусство пешего марша было важнейшей составляющей победы любой войны. И, естественно, главные нагрузки выпадали на ноги солдат, передвигавшихся, в основном, на своих двоих. И поныне обувь на войне один из самых расходных предметов наряду с оружием и боеприпасами.
Сегодня некоторые исследователи говорят об обмотках, как о неудобной архаике, вызывавшей к тому же насмешки со стороны противника. Тем не менее, вплоть до капитуляции Германии многие красноармейцы сохраняли эту «архаику» несмотря на то, что к концу войны проблем со снабжением действующей армии сапогами уже не было.
Отметим, во-первых, что обмотки — почти те же онучи, издавна носившиеся русскими крестьянами с плетёными из лыка лаптями. Постепенно с развитием производства сапоги изрядно подешевели, и онучи утратили свою актуальность. Однако в начале ХХ века обмотки вернулись не только в жизнь мирных жителей, но и в жизнь военных. Поначалу в России обмотки именовались «суконные защитные бинты на голени». Так что преемственность здесь самая прямая.
Во-вторых, ботинки с тканевыми обмотками в полевых условиях весьма практичны и удобны, ходить в них легче, чем в сапогах. Правильно намотанная обмотка отлично защищает ногу, фиксируя её, не допуская вывихов, смягчая последствия ударов средней силы. Кроме того, нога под обмоткой «дышит», следовательно, меньше устаёт. Обмотки достаточно хорошо защищают не только от пыли, но и в значительной степени от влаги — длительная ходьба по росной траве и мокрому грунту не приводит к дискомфортному ощущению намокания. В жару ноги в обмотках не преют (в отличие от сапога), а в холодную погоду дополнительный слой намотанной на ноги ткани неплохо согревает. Наконец, обмотка при экстренной необходимости могла послужить резервом перевязочного материала.
А если учесть дешевизну этого предмета обмундирования, возможность снабдить им в короткие сроки огромную массу солдат, то становится совершенно ясно, почему обмотки простояли в солдатских вещевых аттестатах до 1953 года.
Если рассматривать сапоги как разновидность кожаной обуви, то её за годы Великой Отечественной войны поступило в войска 63 793 000 пар, из них 12 501 500 пар — импортного производства.
Конечно, в походных условиях любая обувь быстро приходит в негодность, её нужно своевременно чинить. За годы войны (включая и текущую починку в войсках) было возвращено в строй 61 424 000 пар обуви. В результате своевременного ремонта расход кожаной обуви в год на одного человека составил 1,5 пары (в Первую мировую войну — 2,5 пары).
Если учесть, что в ходе войны в наши Вооружённые силы было привлечено 34 476 700 человек, то получается, что босиком солдаты не ходили. Разумеется, под кожаной обувью надо подразумевать не только сапоги, но и ботинки, носившиеся с обмотками.
Сегодня некоторые исследователи говорят об обмотках, как о неудобной архаике, вызывавшей к тому же насмешки со стороны противника. Тем не менее, вплоть до капитуляции Германии многие красноармейцы сохраняли эту «архаику» несмотря на то, что к концу войны проблем со снабжением действующей армии сапогами уже не было.
Отметим, во-первых, что обмотки — почти те же онучи, издавна носившиеся русскими крестьянами с плетёными из лыка лаптями. Постепенно с развитием производства сапоги изрядно подешевели, и онучи утратили свою актуальность. Однако в начале ХХ века обмотки вернулись не только в жизнь мирных жителей, но и в жизнь военных. Поначалу в России обмотки именовались «суконные защитные бинты на голени». Так что преемственность здесь самая прямая.
Во-вторых, ботинки с тканевыми обмотками в полевых условиях весьма практичны и удобны, ходить в них легче, чем в сапогах. Правильно намотанная обмотка отлично защищает ногу, фиксируя её, не допуская вывихов, смягчая последствия ударов средней силы. Кроме того, нога под обмоткой «дышит», следовательно, меньше устаёт. Обмотки достаточно хорошо защищают не только от пыли, но и в значительной степени от влаги — длительная ходьба по росной траве и мокрому грунту не приводит к дискомфортному ощущению намокания. В жару ноги в обмотках не преют (в отличие от сапога), а в холодную погоду дополнительный слой намотанной на ноги ткани неплохо согревает. Наконец, обмотка при экстренной необходимости могла послужить резервом перевязочного материала.
А если учесть дешевизну этого предмета обмундирования, возможность снабдить им в короткие сроки огромную массу солдат, то становится совершенно ясно, почему обмотки простояли в солдатских вещевых аттестатах до 1953 года.
Если рассматривать сапоги как разновидность кожаной обуви, то её за годы Великой Отечественной войны поступило в войска 63 793 000 пар, из них 12 501 500 пар — импортного производства.
Конечно, в походных условиях любая обувь быстро приходит в негодность, её нужно своевременно чинить. За годы войны (включая и текущую починку в войсках) было возвращено в строй 61 424 000 пар обуви. В результате своевременного ремонта расход кожаной обуви в год на одного человека составил 1,5 пары (в Первую мировую войну — 2,5 пары).
Если учесть, что в ходе войны в наши Вооружённые силы было привлечено 34 476 700 человек, то получается, что босиком солдаты не ходили. Разумеется, под кожаной обувью надо подразумевать не только сапоги, но и ботинки, носившиеся с обмотками.
