Анатолий Петрович Рыбкин — один из немногих художников, который, обосновавшись в культурной столице, поддерживает постоянную тесную связь с родиной и которого в полной мере можно назвать как петербургским, так и чувашским. Он родился в деревне Вурманкасы Мариинско-Посадского района. Окончил оформительское отделение Чебоксарского художественного училища, живописный факультет Института живописи, скульптуры и архитектуры имени Репина. Работал над оформлением Олимпиады-80 в Москве. Много путешествовал: астраханские степи и Чукотка, Красноярск и Северный Кавказ, Франция и Куба, Индия и Тунис. Но при неизменном стремлении познавать, чувствовать и пропускать через себя этот незнакомый мир главной темой для него неизменно остается родной дом. Пейзажи родных мест, портреты родных людей и земляков, вещи, трогающие душу воспоминаниями.

Изображение самых простых предметов вырастает в его картинах до уровня символа. Для Анатолия Петровича в окружающем нет мелочей, каждая деталь в его произведениях наделена ассоциативной функцией, играет свою роль в общем звучании образа. Художник бережно обращается с цветом. Ряд его произведений при довольно скромной палитре весьма выразителен за счет живописного рисунка и словно находящегося в постоянном движении цвета.

Автопортрет может иметь для тех, кто обращается к этому жанру, самые разные значения: от площадки для экспериментов и своеобразной формы визуального дневника до ответа на сакраментальный вопрос «Кто я?». Найти его, уловить тот самый конечный образ непросто, он будто бы постоянно ускользает. Вот и на этой картине мы не видим привычного человеческого лица, глаз, в которых отражается духовный мир героя, а видим только тень на стене и отражение в зеркале — темную фигуру в ярком свете из открытой двери. Гораздо больше говорят о художнике окружающие его предметы: картины на стеллажах в мастерской, наклеенный на дверь календарь с образом Богоматери и старые вещи, герои его многочисленных философских натюрмортов. Бережное вслушивание в истории их нелегкой жизни, рассказы о людях, которые держали их в руках, свет веры и напряженная внутренняя работа — вот то, что во многом определяет образ художника.