Не знаю, выберусь ли я в январе в Москву, но в феврале буду обязательно. Спешить мне не приходится потому, что ничего готового не будет по Белинскому, а как раз январь — месяц каникулярный, можно поработать для себя. После долгого перерыва опять возобновились переговоры о саратовском сборнике «Памяти Белинского». Надо отдавать его в набор в январе, а заниматься им у меня Пропала охота. Никто не хочет пальцем пошевельнуть, денег до сих пор не давали даже на машинистку и рассчитывают, что я возьму всю черную, организационную работу на себя, чтобы потом не отвечать за все, если не угодим «Культуре и жизни».