Анна Семёновна Голубкина принадлежит к числу мастеров, с именами которых связывают расцвет русской скульптуры на рубеже XIX–XX веков. В её творчестве сплавились разнообразные пластические поиски: от импрессионистической лепки до символического прочтения образа и влияния стилистики модерна.
Будущая скульптор родилась на Рязанской земле, в городе Зарайске. После окончания Московского училища живописи, ваяния и зодчества и года, проведённого в Академии художеств в Петербурге, Голубкина совершенствовала своё мастерство в Париже, где пользовалась советами Огюста Родена.
Методы импрессионистской лепки, воспринятые не без влияния французского мэтра, Голубкина использовала для создания одухотворённых, выразительных образов. Неслучайно основное место в её наследии занимают психологические портреты, а также символические композиции, в которых пластика тела передаёт природные силы или настроения, близкие эмоциональному миру человека.
Тревожное время предреволюционных событий придало особую напряжённость созданным ею образам. Герои Голубкиной — это люди, лишённые душевного покоя. Их внутреннее состояние выражается либо в протесте и борьбе, либо в тоске по недостижимому светлому миру. Часто скульптор обращается к образам женщин и детей — как к самым тонким выразителям душевных переживаний.
В ряде работ Голубкина стремится раскрыть «нескульптурные» по содержанию темы — такие как Огонь, Туман, Лужица, — прибегая к символической интерпретации через выразительную пластику. Источником вдохновения нередко становились местные легенды и поверья.
Так, замысел скульптуры Кочка (1904) восходит к распространённому в Рязанской губернии поверью: души некрещёных детей после смерти остаются бесприютными, их не принимают ни рай, ни ад. Они якобы дают о себе знать мерцающими огоньками на болотах. Эта печальная легенда вдохновила Голубкину на создание трогательного образа незащищённого детства — темы, близкой её мастерству портретиста.
Импрессионистическая фрагментарность композиции, приближённой к горельефу, подчёркивает неустроенность и хрупкость этих детских фигур, навсегда затерянных между мирами.
