Галина Николаевна Фатьянова, в девичестве — Калашникова, родилась в 1925 году в городе Ставрополе, но всегда называла себя москвичкой, потому что самые лучшие годы своей жизни прожила в Москве. Сразу после Великой Отечественной войны она стала женой гения русской песни Алексея Ивановича Фатьянова. Они прожили всего 13 лет. Счастливую семейную жизнь оборвала ранняя смерть поэта.

До последних дней Галина Николаевна оставалась верна памяти мужа: вела архивную переписку, издавала книги, организовывала вечера памяти. Служение делу мужа было для неё смыслом жизни. Она воистину стала непревзойдённой женой, вдовой, послушницей.
Щедрым и любящим сердцем она поддержала идею проведения на родине поэта Фатьяновских праздников и каждый год жила их ожиданием. Всякий, кто общался с нею, чувствовал, что Галина Николаевна жила этим праздником, глубоко вникая в него и соучаствуя — словом или делом. И нередко возникало ощущение, что одним своим присутствием она поддерживала не только интерес к творчеству Алексея Фатьянова, но и сам факт значимости Фатьяновского праздника, выросшего из городского и ставшего Всероссийским! На каждом празднике Галина Николаевна была участником под номером один! Выходя из автобуса в день приезда делегации на праздник, она часто говорила: «Наконец-то я в Вязниках!». Всегда улыбалась, много общалась, в ней порой присутствовали некоторая загадочность и ожидание чего-то нового, подчас невероятного: то что-то забудет, то привезёт «особенного» гостя, то начнёт одаривать всех подарками…

От Галины Николаевны всегда исходило ощущение тепла, лёгкости, женственности. Не случайно многие называли ее «русской печкой». Не было в Вязниках человека, который, хоть раз столкнувшись с ней, не был бы потрясён её здоровой энергией, умом, душевными качествами.
Есть люди, которые приходят в этот мир для осуществления определённой миссии. Они словно посланы свыше, чтобы подтолкнуть всех нас к чему-то очень важному — сделаться добрее, сильнее, мудрее. Исполнив свой долг, передав эстафету близким им людям, они уходят… А мы остаёмся, возвращаясь к своим будничным заботам. Но, бережно храня в памяти светлый образ с горькой печатью разлуки перед Вечностью, мы словно продолжаем её дело — сохраняем память о Поэте, которого поёт страна.