«После института сразу стала очень много работать. Я ходила писать в Морозовскую больницу, почти случайно. Меня попросили написать портрет одного известного хирурга, а я увлеклась. Я написала его портрет и стала писать еще работы, потому что мне показалась эта тема очень интересной и пластически, и человечески. Я даже не знаю, что меня увлекло. Дети, сестры, врачи, интерьер… Я стала делать эти больничные работы, и теперь, спустя, в общем-то, более 50 лет могу сказать, что манера моего письма ничуть не изменилась. Тогда, именно тогда, наверное, и сложился основной характер — тот, в котором я хочу видеть свое, свою работу. Плоскостная, цельная, насыщенная световыми нюансами».