В коллекции Национального художественного музея Республики Саха представлено живописное полотно кисти неизвестного итальянского мастера, датируемое XVII веком.

Картина в составе коллекции западноевропейского искусства XVI–XIX веков профессора Михаила Федоровича Габышева попала в музей под названием «Геракл и эриманфский кабан» и приписывалась неаполитанскому мастеру Луке Джордано (1632–1705), однако эта атрибуция вызывала сомнения. Большой спрос на произведения Джордано подталкивал рыночных скупщиков произвольно оперировать известным именем. Не избежала этого и представленная картина из коллекции музея, отнесенная по внешним признакам к работе знаменитого автора. Однако вопрос о мастере все еще остается открытым.

Полотно исполнено в стиле барокко. Картина полнофигурная с развивающейся по диагонали типично барочной композицией. Построена она на укрупненных, динамических ритмах, язык позы и жеста аффектирован и усложнен. Освещение согласуется с пластической формой и подчиняется общей драматической атмосфере картины. Полон жизни и пейзажный фон — в коричневатом колорите картины с более темным передним планом эффектно обыграны вспышки зарниц.

Что касается сюжета, то при внимательном рассмотрении фабулы образ Геракла вызывает сомнение и дает пищу для размышления. Согласно названию, под которым картина поступила в коллекцию музея, художник повествует о четвертом подвиге Геракла, но мирно лежащая свинья не похожа на свирепого кабана с огромными клыками, который нагонял ужас на все окрестности. Персонаж, являя сходство с греческим героем, своим мистическим обращением к небу не соответствует героическому духу античного мифа. Слева в пейзаже небольшое строение — дом или загон для скота. Согласно мифу, Геракл догнал увязшего в снегу вепря в безлюдном месте на вершине горы Эриманф, но на изображении нет снега, ландшафт выглядит равниной, окаймленной горами и вулканом.

Зато другой герой, описанный в Новом Завете, куда больше соответствует изображению. Притча о блудном сыне повествует о том, как, получив часть имения своего отца, молодой человек растратил его в дальних краях. Когда же он стал нуждаться в средствах на пропитание, друзья отвернулись от него. Он стал пасти свиней и в отчаянии рад был питаться их кормом. Блудный сын раскаялся и воззвал к Богу. Он возвратился к отцу, который простил сына и принял его как «заново родившегося». Таким образом, сюжет представленного полотна трактуется как «Обращение блудного сына».