Изначально Коста Левановича похоронили в фамильном склепе Хетагуровых. Родственники поэта наотрез отказывались от перезахоронения, но после двухнедельных переговоров согласились. Так, гроб поэта из Георгиевско-Осетинского вывезли на лошадях, а после погрузили на поезд. На каждой станции его прах встречали жители окрестных сел, особенно много поклонников пришло на станцию Беслан. Часть собравшихся даже отправилась за гробом во Владикавказ, чтобы проводить Хетагурова в последний путь. 

 
В столице Терской области собрались тысячи людей разных национальностей. Прошла панихида на осетинском и грузинском языках, после чего похоронная процессия направилась по главным улицам города к осетинской церкви. Перед шествием несли похоронные венки от представителей разных народов, общественных организаций и объединений: от осетин, грузин и армян, от владикавказской печати, от студенток и гимназисток — и многих других. Поэта провожали словами: «Дорогому Коста от благодарной Осетии», «Хорошему человеку от мещан затеречной стороны», «Борцу за народные права и свободу», «Дорогому товарищу от сотрудников и редакции владикавказских газет», «Гордости нашего ущелья». 

Процессию встретило армянское духовенство Владикавказа. Состоялась панихида на армянском языке, а уже после отпевания на могиле мулла произнес молитвы на арабском. В конце траурной церемонии прошло традиционное посвящение коня умершему. 

В русскоязычной печати — газетах «Санкт-Петербургские ведомости», «Тифлисский листок», «Баку», «Новое обозрение», «Терек» и других — после похорон Хетагурова вышло множество публикаций о его жизни и творчестве. Журналисты вспоминали Коста Левановича как выдающегося литератора и общественного деятеля, борца за свободу, равенство и братство.