Наряду с расписанными под гжель игрушками, самоварами, изделиями из хохломы русская фарфоровая посуда является одной из тех вещей, которые до сих формируют обобщенное и даже стереотипное представление о дореволюционной России. Во многом такую репутацию отечественному фарфору создало Товарищество производства фарфоровых и фаянсовых изделий М.С. Кузнецова, которое часто справедливо называют русской фарфоровой империей.
В «Большой гостиной» на журнальном столе Михаэля Тонета представлен целый сервиз, изготовленный на одном из заводов Товарищества Кузнецова в начале ХХ века. Как и во всем столовом наборе, в оформлении внешней поверхности чайной чашки преобладают нежно-зеленые тона, по центру ее основного объема нанесен рисунок, характерный для романтической пасторальной живописи XIX века, а внутреннее пространство оставлено нетронутым и сразу же выделяется белым керамическим цветом. В комплекте с чашкой прилагалось и блюдце. Интересно, что до 1820 годов его часто использовали, чтобы охладить некоторое количество горячего напитка из чашки, но потом такое действие стало считаться не изящным и постепенно попало под запрет в светском этикете. Впоследствии в блюдцах появилось специальное углубление для чашки, оно и закрепило за ним роль подставки.
В истории отечественного декоративно-прикладного искусства фарфор и фаянс Товарищества Кузнецова хоть и сыграли очень важную роль, но заслуженную высокую оценку и статус антиквариата получили сравнительно недавно. Этому существует несколько объяснений. С одной стороны, кузнецовские изделия неохотно изучали советские искусствоведы: излишне лестная их оценка могла привести к карьерным проблемам, так как она могла быть расценена как восхищение капиталистической культурой. С другой, само Товарищество прежде всего ориентировалось на массового потребителя, что зачастую приводило к снижению и качества самого фарфора, и качества его оформления.
Тем не менее, кузнецовский фарфор на рубеже XIX и ХХ веков был большим международным брендом. В 1889 и 1890 годах на международных выставках Товарищество получило золотые медали, а в 1903 году в Реймсе и в 1905 году в Льеже оно было удостоено Гран-при.
В «Большой гостиной» на журнальном столе Михаэля Тонета представлен целый сервиз, изготовленный на одном из заводов Товарищества Кузнецова в начале ХХ века. Как и во всем столовом наборе, в оформлении внешней поверхности чайной чашки преобладают нежно-зеленые тона, по центру ее основного объема нанесен рисунок, характерный для романтической пасторальной живописи XIX века, а внутреннее пространство оставлено нетронутым и сразу же выделяется белым керамическим цветом. В комплекте с чашкой прилагалось и блюдце. Интересно, что до 1820 годов его часто использовали, чтобы охладить некоторое количество горячего напитка из чашки, но потом такое действие стало считаться не изящным и постепенно попало под запрет в светском этикете. Впоследствии в блюдцах появилось специальное углубление для чашки, оно и закрепило за ним роль подставки.
В истории отечественного декоративно-прикладного искусства фарфор и фаянс Товарищества Кузнецова хоть и сыграли очень важную роль, но заслуженную высокую оценку и статус антиквариата получили сравнительно недавно. Этому существует несколько объяснений. С одной стороны, кузнецовские изделия неохотно изучали советские искусствоведы: излишне лестная их оценка могла привести к карьерным проблемам, так как она могла быть расценена как восхищение капиталистической культурой. С другой, само Товарищество прежде всего ориентировалось на массового потребителя, что зачастую приводило к снижению и качества самого фарфора, и качества его оформления.
Тем не менее, кузнецовский фарфор на рубеже XIX и ХХ веков был большим международным брендом. В 1889 и 1890 годах на международных выставках Товарищество получило золотые медали, а в 1903 году в Реймсе и в 1905 году в Льеже оно было удостоено Гран-при.
