Среди предметов, принадлежавших поэту Евгению Боратынскому, в коллекции музея есть изящная настольная папка для бумаг — бювар, созданный в 1830-е годы. Название «бювар» происходит от французского слова buvard, которое буквально переводится как «тот, кто пьет». В данном случае речь идет о чернилах. Папка выполнена из тисненой кожи и имеет два внутренних отделения.

Бювары предназначались прежде всего для хранения промокательной бумаги, без которой в первой половине XIX века обойтись было невозможно. Ведь необходимо было подсушивать чернила после письма. Помимо промокательной бумаги, в специальных карманах внутри бювара хранили чистые листы почтовой бумаги, конверты, марки и другие необходимые мелочи для письма.

Приезжая в Казань из Москвы по делам поместья, Евгений Боратынский вел интенсивную переписку с друзьями и делился впечатлениями о жизни за пределами двух столиц. В одном из писем он так характеризует Казань: «По-моему, провинциальный город оживленнее столицы… В губерниях больше гражданственности, больше увлечения, больше элементов политических и поэтических. Я уже довольно видел, чтобы местом действия русского романа всегда предпочесть губернский город столичному».

Тиснение на бюваре выполнено в стиле шинуазри, что с французского переводится как «китайщина». Он возник в Европе в конце XVII века, когда многие страны охватило увлечение привозным китайским фарфором и другими предметами декоративно-прикладного искусства. Европейцы воплотили в этом стиле свое представление о «таинственном» Китае, которое было весьма далеко от реального положения вещей.

Вслед за модой на «китайщину» в дворянских домах появились ширмы, шелковые обои с экзотическими рисунками, зеркала и мебель, фарфоровые вазы и статуэтки, созданные в этом стиле. Многие дворяне облачались в шелковые китайские халаты. В тиснении папки можно разглядеть характерные художественные мотивы стиля шинуазри: певчих птичек на ветках цветущей сливы, фазанов и цапель среди зарослей бамбука, бабочек, слетевшихся к распустившимся пионам.