Ботик был найден в мае 1688 года в родовой вотчине бояр Романовых — подмосковном селе Измайлове во время прогулки Петра I с его учителем и наставником, голландским корабельным мастером Францем Тиммерманом.
В начале 1640-х годов русский царь Михаил Фёдорович «выпросил из Англии через Архангельск в Москву маленькое судно <…> размерами очень маленькой шлюпки, которую он назвал „Святой Николай“». Вполне вероятно, что бот оказался после смерти Михаила Фёдоровича в амбаре у его двоюродного брата Никиты Ивановича Романова — коллекционера «заморских диковин».
Кораблик был необычным: присутствовали обводка корпуса, парусное вооружение, раскраска бортов и кормы. Корабельный плотник голландец Карстен Брандт взялся отремонтировать ботик, перевезенный в село Преображенское, и обучить Петра I искусству хождения под парусами. На реке Трубеже у места впадения в Плещеево озеро построили верфь, а на ней — небольшую флотилию военных кораблей. Переяславская флотилия, по существу, стала первым учебным корпусом будущего российского флота. Наука, полученная царем в Подмосковье, пригодилась и в Азовском походе 1696 года, и особенно в период Северной войны.
Пётр I принял ряд мер для сбережения ботика и почитания его как национальной реликвии. В 1722 году император сам привел ботик из Шлиссельбурга по Неве к Александро-Невскому монастырю — в новую столицу Санкт-Петербург, поближе к морю и флоту. Ботик поместили на верфи в Адмиралтействе. Заботясь о его сохранности, Пётр I приказал в случае пожара в первую очередь спасать кораблик, спустив его на воду.
11 августа 1723 года «на Котлине острове было поздравление ботика» — состоялась его встреча с Балтийским флотом. На праздничном обеде Пётр I впервые назвал свой старый бот «дедушкой русского флота».
В 1767 году его перевели в специально построенный павильон «Ботный дом» (сейчас в нем размещена полноразмерная копия), в котором ботик находился почти 170 лет. К началу 1930-х годов «Ботный дом» переоборудовали под склад, вынесенный за ненадобностью ботик был помещен сотрудниками петергофских дворцов-музеев в вольере близ дворца Монплезир. Там он хранился до сентября 1940 года, а затем как национальная морская реликвия был передан в только что открывшийся в здании Биржи на Стрелке Васильевского острова в Ленинграде Центральный военно-морской музей. В начале Великой Отечественной войны ботик эвакуировали в Ульяновск, а в марте 1946 года он снова вернулся в музей и занял свое почетное место в центральном зале, где находится и по сей день.
В начале 1640-х годов русский царь Михаил Фёдорович «выпросил из Англии через Архангельск в Москву маленькое судно <…> размерами очень маленькой шлюпки, которую он назвал „Святой Николай“». Вполне вероятно, что бот оказался после смерти Михаила Фёдоровича в амбаре у его двоюродного брата Никиты Ивановича Романова — коллекционера «заморских диковин».
Кораблик был необычным: присутствовали обводка корпуса, парусное вооружение, раскраска бортов и кормы. Корабельный плотник голландец Карстен Брандт взялся отремонтировать ботик, перевезенный в село Преображенское, и обучить Петра I искусству хождения под парусами. На реке Трубеже у места впадения в Плещеево озеро построили верфь, а на ней — небольшую флотилию военных кораблей. Переяславская флотилия, по существу, стала первым учебным корпусом будущего российского флота. Наука, полученная царем в Подмосковье, пригодилась и в Азовском походе 1696 года, и особенно в период Северной войны.
Пётр I принял ряд мер для сбережения ботика и почитания его как национальной реликвии. В 1722 году император сам привел ботик из Шлиссельбурга по Неве к Александро-Невскому монастырю — в новую столицу Санкт-Петербург, поближе к морю и флоту. Ботик поместили на верфи в Адмиралтействе. Заботясь о его сохранности, Пётр I приказал в случае пожара в первую очередь спасать кораблик, спустив его на воду.
11 августа 1723 года «на Котлине острове было поздравление ботика» — состоялась его встреча с Балтийским флотом. На праздничном обеде Пётр I впервые назвал свой старый бот «дедушкой русского флота».
В 1767 году его перевели в специально построенный павильон «Ботный дом» (сейчас в нем размещена полноразмерная копия), в котором ботик находился почти 170 лет. К началу 1930-х годов «Ботный дом» переоборудовали под склад, вынесенный за ненадобностью ботик был помещен сотрудниками петергофских дворцов-музеев в вольере близ дворца Монплезир. Там он хранился до сентября 1940 года, а затем как национальная морская реликвия был передан в только что открывшийся в здании Биржи на Стрелке Васильевского острова в Ленинграде Центральный военно-морской музей. В начале Великой Отечественной войны ботик эвакуировали в Ульяновск, а в марте 1946 года он снова вернулся в музей и занял свое почетное место в центральном зале, где находится и по сей день.
