Композиция иконы Богоматери Томского музея была создана по аналогии с несколькими известными сегодня иконами «Умягчение злых сердец». Сюжет с семью мечами получил распространение во второй половине XIX — начале XX века. Отличительная особенность этих икон — расположение мафория (длинного женского покрывала) Марии, распахнутого на груди и открывающего ворот и пояс платья. В отличие от других икон, колющие голубые мечи с крупными золотыми эфесами изображены здесь с убедительной реалистичностью.

Ранее, в XV–XVI столетиях, именно так писали плащ-мафорий на плечах своих Мадонн художники Западной Европы. Кистями рук, прижатых к груди, Дева Мария как бы покрывает острия мечей, вонзенных по три с каждой стороны. Длинное лезвие седьмого клинка почти сливается со складками ее ярко-синего платья.

Образ Марии написан на сусальном золоте, положенном на красно-коричневый полимент — клеящий состав. Золотыми оставлены не только эфесы страшного «оружия, прошедшего сердце» Матери, но широкие поля и нимб, а также полосы ворота, пояса, манжеты платья и каймы мафория. Одеяния щедро орнаментированы крупными выпуклыми «драгоценными каменьями», тонким белым кружевом, длинной бахромой.

Выраженные восточные черты лика Богородицы позволяют предположить, что икона была создана для крещеных сибирских инородцев — коренных жителей Сибири. К ним относились алтайцы, хакасы, эвенки и другие народы. «Соболиный» разлет сросшихся на переносице бровей, миндалевидная форма глаз, верхняя губа в виде графичной буквы «м» были для них эталоном женской красоты. Лик Богоматери здесь напоминает неподвижную маску. Этот эффект создается необычным приемом: поверх разбеленной охры — плотные мазки белил.

В конце XIX столетия алтайские монахини проходили начальное обучение иконописанию в монастырях обеих столиц. Это была инициатива святителя Макария Томского, начальника Алтайской духовной миссии. Его усилиями на Алтае были открыты школы, катехизаторское училище для народностей края, детский приют, женский монастырь и дом трудолюбия. Даже будучи в Москве, Макарий направлял все собственные средства на развитие монастырей родного края. Если исследователи правы в том, что образ написан местными монахинями, становится понятно, как могла возникнуть не очень искусная и довольно специфическая икона на дорогом сусальном золоте.

В случае, если икона действительно создана монахинями, она оказывается первым известным на сегодня памятником иконописания Улалинской (ныне — Горно-Алтайск) Николаевской женской обители.