«Богоматерь Казанская» принадлежит к иконографическому типу «Одигитрия» — с греческого это слово переводится как «путеводительница». По преданию, первую «Одигитрию» написал евангелист Лука ещё при жизни Богоматери. В отличие от икон типа «Елеуса» или «Умиление», которые показывают любовь между Матерью и Младенцем, льнущим к её щеке, здесь в смысловом центре композиции — сам Сын Божий. Его принято изображать обращённым к зрителю с правой рукой, которая поднята в благословляющем жесте. Богоматерь обычно указывает на Христа как на путь ко спасению. Однако в случае с Казанской иконой зритель этого не видит: Дева Мария изображена здесь лишь по плечи. Еще одна особенность Казанского образа в том, что Христа пишут стоящим, а его левая рука скрыта одеждами.

В конце XVI века митрополит Гермоген составил «Повесть о явлении и чудесах Казанской иконы». Согласно ей, образ обрела в Казани в 1579 году на одном из пепелищ девятилетняя дочь стрельца — Матрёна. Вскоре на этом месте был устроен Казанский девичий монастырь, где и хранилась икона. В Смутное время список (копию) с чудотворного образа привезли в Москву, чтобы помочь Дмитрию Пожарскому в сражении с поляками.

Мастер, который писал икону из собрания Приморской картинной галереи, скорее всего, принадлежал к московской школе иконописи 1670-80-х годов. Он расцветил образ лаками, украсил кайму одежд имитацией золотого кружева и вышивки с драгоценными каменьями. Художник тщательно выписал глаза Богородицы и Иисуса с полупрозрачными золотисто-карими радужками. Эти художественные приёмы и тёмная, тёплая охристая палитра говорят о том, что иконописец мог быть мастером Оружейной палаты. Возможно, он принадлежал к кругу учеников Симона Ушакова, который разработал особую манеру письма — «живоподобие», стремление к достоверному и реалистичному изображению ликов и предметов материального мира. В первую очередь новые приёмы усвоили мастера Оружейной палаты, которые работали с Ушаковым. К концу XVII века «живоподобие» стало использоваться повсеместно.