В ноябре 1933 года решением Шведской Академии Ивану Бунину присудили Нобелевскую премию по литературе «за правдивый артистический талант, с которым он воссоздал в художественной прозе типичный русский характер». Об этом Бунин узнал в городке Грассе, где арендовал небольшую виллу. 14 ноября писатель приехал в Париж. В комфортабельном отеле «Мажестик» ему предоставили роскошные апартаменты в несколько комнат. Французская столица чествовала писателя до самого отъезда в Стокгольм — на банкетах, в издательствах, в редакциях газет, даже в театре «Елисейские поля» при огромном стечении публики.
6 декабря Иван Бунин, его жена Вера Муромцева, поэтесса Галина Кузнецова и секретарь писателя Андрей Седых прибыли в Стокгольм, где проходила церемония награждения. Кузнецова писала в «Грасском дневнике»: «На вокзале в Стокгольме встретила уже толпа, русская и шведская. Какой-то русский произнес речь, поднес „хлеб-соль“ на серебряном блюде с вышитым полотенцем». Все шведские газеты опубликовали снимки Бунина с караваем хлеба и солонкой на подносе, покрытом белым полотенцем с красной вышивкой.
10 декабря церемония вручения Нобелевских премий состоялась в Концертном зале Музыкального Дома с особой торжественностью — в 1933 году праздновали 100-летие со дня рождения основоположника премии Альфреда Нобеля. Во время награждения каждый лауреат получил из рук шведского короля Густава V папку с нобелевским дипломом и футляр с золотой медалью, на одной стороне которой было выбито изображение Нобеля, а на другой — имя лауреата. Как отмечала пресса, Бунин принял премию из рук короля с исключительным достоинством и сдержанностью: «Король от литературы уверенно и равноправно жал руку венчанному монарху».
Популярность и авторитет Ивана Бунина после этого события невероятно возросли. Со страниц русских эмигрантских газет долго не сходили фотографии лауреата и материалы о нем. Например, передовица газеты «Последние новости» от 10 декабря 1933 года сообщала: «Теперь всероссийская известность Бунина превратилась в мировую славу. Это большая моральная победа русской литературы».
6 декабря Иван Бунин, его жена Вера Муромцева, поэтесса Галина Кузнецова и секретарь писателя Андрей Седых прибыли в Стокгольм, где проходила церемония награждения. Кузнецова писала в «Грасском дневнике»: «На вокзале в Стокгольме встретила уже толпа, русская и шведская. Какой-то русский произнес речь, поднес „хлеб-соль“ на серебряном блюде с вышитым полотенцем». Все шведские газеты опубликовали снимки Бунина с караваем хлеба и солонкой на подносе, покрытом белым полотенцем с красной вышивкой.
10 декабря церемония вручения Нобелевских премий состоялась в Концертном зале Музыкального Дома с особой торжественностью — в 1933 году праздновали 100-летие со дня рождения основоположника премии Альфреда Нобеля. Во время награждения каждый лауреат получил из рук шведского короля Густава V папку с нобелевским дипломом и футляр с золотой медалью, на одной стороне которой было выбито изображение Нобеля, а на другой — имя лауреата. Как отмечала пресса, Бунин принял премию из рук короля с исключительным достоинством и сдержанностью: «Король от литературы уверенно и равноправно жал руку венчанному монарху».
Популярность и авторитет Ивана Бунина после этого события невероятно возросли. Со страниц русских эмигрантских газет долго не сходили фотографии лауреата и материалы о нем. Например, передовица газеты «Последние новости» от 10 декабря 1933 года сообщала: «Теперь всероссийская известность Бунина превратилась в мировую славу. Это большая моральная победа русской литературы».
