К концу 1920-х годов Пикассо окончательно пришел к пониманию того, что их брак с Ольгой обречен. Главным доказательством этого осознания является сама живопись мастера. В ней Ольга оборачивается жутким чудовищем с заостренным, будто кинжал, носом и торчащими зубами. Картина 1931 года «Поцелуй», в которой два лица слились воедино — одно, отрешенное, с закрытыми глазами, и другое, словно отводящее взгляд вверх, — может восприниматься неоднозначно. С одной стороны, «Поцелуй» может рассматриваться как символ двусмысленности и обреченности любовной связи Ольги и Пабло, пожирающих их человеческие отношения; а с другой — как образ страсти и огня, который царствовал в отношениях Пикассо и его молодой любовницы Марии-Терезы Вальтер.