11-струнная (2 струны мелодические, 5 бурдонных, 4 резонансных) 20-клавишная с долбленым приталенным корпусом. Колковая пластина из целого куска широколистной ели (или сосны?). Дека из целого куска ели со значительной степенью выпуклости; 2 резонаторных отверстия вытянутой овальной формы. Струнодержатель и тангентная коробка почернены с внешней стороны. 20 тангент, расположенных в один ряд. 11 колков из светлого дерева (средней плотности) с почернёнными головками: 7 для игровых и 4 для симпатических струн. 9 струн (5 мелодических кишечных и 4 симпатических стальных).

Никельарпа известна со Средних веков, на знаменитом шведском «средневековом острове» Готланд сохранились изображения этих инструментов, датирующиеся серединой XIV века. Шведский исследователь Олаф Рудбек (1630-1702) описывает никельарпу как один из тех инструментов, которые встречались еще «в давние времена»: «Наши отцы в большинстве своем умели играть на арфах [сутехарпах (лонгхарпах) и нюккельигах] в честь Бальдура в его храме — об этом рассказывается в стихах и песнях». Никельарпа присутствует на средневековых церковных росписях — прежде всего в Уппланде (небольшая провинция невдалеке от Стокгольма), но также и в других районах. Часто встречаются изображения ангелов играющих на ней. Вместе с тем в судебных протоколах, письмах и других документах XVII столетия, из которых мы можем почерпнуть информацию об этом инструменте, никельарпа фигурирует уже как инструмент, на котором играет крестьянство. А в литературе высшего сословия нюккельхарпа часто приводится как типичный пример чего-то грубого и примитивного.
В XVIII веке сведения о никельарпе приходят из разных районов Швеции. Но уже в XIX веке эти сведения почти целиком концентрируются вокруг Уппланда и пограничных с ним краев. Никельарпа встречается то там, то здесь как деталь описаний стокгольмских трактиров. Таким образом, Северный Уппланд с его множеством обычаев, по-видимому, был очагом культуры игры на никельарпе.