Эта эвенская люлька попала в коллекцию музея в 1971 году. Ее изготовили из трех частей: дна с бортиком, подвижного навеса и дуги, к которой обычно крепилась погремушка. Вседеревянные детали были соединены между собой при помощи кожаных ремней, продетых в сквозные отверстия.

Этот тип колыбели был характерен для всех эвенов, расселенных от Забайкалья на восток до Охотского моря, а также для нанайцев, орочей, удэгейцев, долганов. Соединение деталей при помощи кожаных ремней позволяло регулировать лежачее или полулежачее положение ребенка, а также размер изделия. Для защиты от холодного ветра и шума люльку накрывали шкурой оленя. Дно колыбели устилали мхом.

Высокие борта колыбели и верхняя перевязка не позволяли ребенку вывалиться из нее. С помощью трех ремешков ребенка закрепляли в колыбели: один ремень предназначался для рук, другой — для животика, третий — для ножек. Дуга позволяла подвесить колыбель к седлу во время перекочевок, удобно расположить в жилище рядом с очагом. Главным достоинством люлек являлась возможность подвешивать их не только в жилище, но и в тундре, и в лесу. В Сибири сохранилось выражение «детей растить на березе», что значит в подвешенной люльке.

Колыбель служила ребенку долго, до трехлетнего возраста. Люльку сохраняли, передавали следующему новорожденному или даже по наследству. Колыбель могли использовать несколько поколений семьи, пока она не изнашивалась. Однако, если ребенок умирал, люлькой переставали пользоваться и относили ее в лес. Младенцев хоронили в дуплах деревьев.

Исследователи полагают, что прообразом деревянной колыбели была берестяная, которая пережиточно сохранилась у разных групп эвенков, эвенов, а на востоке у удэгейцев и орочей. Берестяная колыбель представляла собой сшитый короб. Деревянная колыбель появилась позже.

Изготовление предметов из дерева являлось делом мужчин. Доски, которые отбирали для колыбели, должны были быть тонкими и тщательно выскобленными. Создание деревянных люлек стало возможным, когда местное население уже имело специальные тесла для изготовления тонкой, почти полированной доски и научилось придавать ей изгиб.