3-струнный 16-ладовый щипковый инструмент. Дека из ели; круглое резонаторное отверстие; по краю окантовка из полосы красного дерева. По всей поверхности деки роспись с изображением деревьев, цветов, рыб и барана. Корпус из 9-ти кленовых рибок, разделённых узкими полосками чёрного дерева. Шейка и колковая пластина — из отдельных кусков красного дерева. Гриф черного дерева; 16 металлических ладов. Лицевая сторона колковой пластины фанерована волнистым клёном. Имеются 3 стальные струны.

В. В. Андреев очень ярко описывал свое знакомство с балалайкой в 1882 году, когда его работник Антип «наигрывал плясовую песню, вначале довольно медленным темпом, а потом все быстрее и быстрее. Звуки разгорались все ярче, мелодия лилась полная ритма, неудержимо подталкивая к пляске. По двору шла работница с ведрами воды на плечах. Я заметил, как тяжелые ведра заколыхались и из них полилась вода, а ноги крестьянки стали выделывать фигуры в такт с музыкой»

Такую трогательную историю про свое выступление во время войны рассказывал старейший профессиональный балалаечник России, участник Великой Отечественной войны Михаил Федотович Рожков:
«Попросил меня маршал Конев поиграть для бойцов, поднять дух перед боем. Прихожу в блиндаж, и кыыык дал им Комаринского!.. Аж земля в блиндаже посыпалась. И вдруг видим — идут к нам два немца. Ребята — за автоматы и на прицел. А они руки вверх подняли и кричат: „Нихт, нихт!“. Потом выяснилось, что они балалайку пришли послушать… И я играл и для русских солдат, и для немецких… А потом встали эти двое и пошли к себе — дальше воевать…»