Мастерству живописца Константин Горбатов учился в самарской художественной школе Ф.Е. Бурова, брал уроки в Рижском политехникуме у Джоджа Кларка. Переехав в Санкт-Петербург, он занимался в знаменитом Училище рисования барона А.Л. Штиглица, а потом и в Академии художеств на архитектурном и живописном отделениях.

Увлечение архитектурой для него, несомненно, было связано с его пристальным вниманием к древнерусским церковным постройкам, с детства окружавшим его в родном городе Ставрополе-на-Волге (ныне Тольятти). Практически сразу он нашел наиболее соответствующий его эмоциональному и духовному строю жанр — пейзаж — и оставался верен ему до конца жизни.

Первые месяцы пребывания за границей Горбатов работал в Риме, затем, по рекомендации И.И. Бродского, встретился с А.М. Горьким и некоторое время провел на острове Капри, где писатель снимал виллу. В Италии он познакомился с местной пейзажной традицией: в ее основе было направление «маккьяйоли», которое хронологически предшествовало импрессионизму. Постепенно палитра художника освобождалась от темных тонов, яркие цветовые пятна придавали его работам особую звучность и декоративность.

Вернувшись на родину, Горбатов ежегодно совершал поездки по старинным городам. Он неоднократно обращался к излюбленным мотивам, изображая панорамные виды древних русских городов, открывавшиеся с речных просторов.

В 1922 г. художник навсегда покинул Россию, хотя формально не отказывался от гражданства, поскольку выезжал для участия в выставке. В 1926 г. он переехал в Германию, где прожил до конца своих дней. Творчество Горбатова было высоко оценено немецкой публикой и критиками. Его персональные выставки проходили в ряде художественных галерей Германии, произведения охотно приобретали коллекционеры. В Мюнхене его работы широко тиражировались в открытках.

Название картины 1920 г. «Улица провинциального города» вряд ли является авторским. До поступления в музей она долго находилась в частных коллекциях. По дореволюционным фотографиям удалось идентифицировать старинную улицу Пскова, по которой от Кремля и торговой площади можно было попасть по Троицкому мосту в район Запсковья, на противоположный берег одноименной реки Псковы.

Горизонтальный формат картины демонстрирует широту охвата, панорамность изображения. В центре — проезжая часть улицы, сужающаяся к мосту, за ним, в центре композиции, — силуэт храма Косьмы и Дамиана, по правой стороне улицы видна часть торговых рядов, по левой — добротные дома купцов и фабрикантов старого Пскова. Все объекты хорошо прочитываются, но в то же время понятно, что художник не стремился к фотографической точности изображения, а создавал свой придуманный, живописно-сказочный образ улицы.

Становится понятным смысл фраз, сказанных когда-то Константином Горбатовым:

Здесь так много от «горбатовского стиля» — и будничность по настроению пейзажного сюжета, и изображение на переднем плане разбитой дороги с лужами, комьями размокшей земли и подтаявшего снега. Пейзажный мотив расцвечен особенным для художественного языка автора колоритом, построенным на контрасте цветовых пятен, на иллюзии ощущения влажного воздуха пасмурного весеннего предвечерья.

Известно, что большая коллекция работ Горбатова по воле художника была возвращена на родину: «Пишу письмо в трагическую минуту, когда смерть грозит каждому живущему в Берлине. После войны прошу все мои картины отправить в Академию художеств в Ленинграде, пусть она поступит так, как найдёт должным».

В наши дни известного художника первой трети XX в. К.И. Горбатова принято считать ярким пейзажистом-импрессионистом романтиком, хотя Горбатов не входил в состав объединения «Союза русских художников» и не был экспонентом ни одной из их выставок. В своих записках он подчеркнуто называет себя передвижником, не ассоциируясь с течением «русского импрессионизма».