Поэт и художник Давид Давидович Бурлюк стоял у истоков русского авангарда и футуризма, активно пропагандировал новое искусство, его работы узнаваемы благодаря особому стилю написания и тонкой игре цвета.
Полотно «Терраса» Бурлюк написал в 1917 году, когда жил вместе с женой и детьми в деревне Иглино близ Уфы. В этих краях автор создал множество работ, в числе которых знаменитые башкирские пейзажи. Всего в этот период им было написано свыше 200 картин, которые сам художник считал лучшими своими произведениями.
«Терраса» — не совсем пейзаж: здесь зритель наблюдает красоту природы изнутри дома. Художник в своей работе воплотил сложную и нестандартную живописную задачу. Терраса кажется наполненной светом, но при этом зритель не видит прямого источника освещения, который остается за пределами картины.
Большое количество света подчеркивает сама фактура картины: яркие насыщенные тона, разноцветные тени, крупные мазки. Небо и земля словно вылеплены, как скульптуры, а все изображение кажется объемным и живым.
Стилистика картины представляет собой русский вариант живописного импрессионизма. Тотальный декоративизм колористического решения, вибрирующий корпусный мазок придают природной среде, изображенной на картине, потрясающую световоздушность. Штрихи на первый взгляд могут показаться слишком крупными, грубыми, но при этом полотно смотрится удивительно реалистично и гармонично.
Как и многие другие работы Бурлюка «башкирского» периода, «Терраса» гармонично соединяет в себе понятия «традиция» и «новаторство». Давид Давидович активно пропагандировал экспериментаторство в искусстве, но при этом утверждал, что оно невозможно без блестящих знаний академической живописи.
Это утверждение автор доказывает на практике в своих картинах: в них удачно соседствуют приемы реализма и импрессионизма, футуристические «сдвиги» и характерные для кубизма «изломы», а также контурная обводка формы, которая вызывает ассоциации с немецким экспрессионизмом и традициями древнерусской живописи.
«Всеядность» Бурлюка отмечал один из первых исследователей его творчества Эрих Федорович Голлербах: «Какой-нибудь педант мог бы, вероятно, „уличить“ художника в вопиющих противоречиях». Но в картинах знаменитого мастера эти противоречия соединяются удивительно гармоничным образом.
Полотно «Терраса» Бурлюк написал в 1917 году, когда жил вместе с женой и детьми в деревне Иглино близ Уфы. В этих краях автор создал множество работ, в числе которых знаменитые башкирские пейзажи. Всего в этот период им было написано свыше 200 картин, которые сам художник считал лучшими своими произведениями.
«Терраса» — не совсем пейзаж: здесь зритель наблюдает красоту природы изнутри дома. Художник в своей работе воплотил сложную и нестандартную живописную задачу. Терраса кажется наполненной светом, но при этом зритель не видит прямого источника освещения, который остается за пределами картины.
Большое количество света подчеркивает сама фактура картины: яркие насыщенные тона, разноцветные тени, крупные мазки. Небо и земля словно вылеплены, как скульптуры, а все изображение кажется объемным и живым.
Стилистика картины представляет собой русский вариант живописного импрессионизма. Тотальный декоративизм колористического решения, вибрирующий корпусный мазок придают природной среде, изображенной на картине, потрясающую световоздушность. Штрихи на первый взгляд могут показаться слишком крупными, грубыми, но при этом полотно смотрится удивительно реалистично и гармонично.
Как и многие другие работы Бурлюка «башкирского» периода, «Терраса» гармонично соединяет в себе понятия «традиция» и «новаторство». Давид Давидович активно пропагандировал экспериментаторство в искусстве, но при этом утверждал, что оно невозможно без блестящих знаний академической живописи.
Это утверждение автор доказывает на практике в своих картинах: в них удачно соседствуют приемы реализма и импрессионизма, футуристические «сдвиги» и характерные для кубизма «изломы», а также контурная обводка формы, которая вызывает ассоциации с немецким экспрессионизмом и традициями древнерусской живописи.
«Всеядность» Бурлюка отмечал один из первых исследователей его творчества Эрих Федорович Голлербах: «Какой-нибудь педант мог бы, вероятно, „уличить“ художника в вопиющих противоречиях». Но в картинах знаменитого мастера эти противоречия соединяются удивительно гармоничным образом.
