Исторические картины Серова на редкость убедительны в своей жизненности. Вы ясно ощущаете бег коней и борзых, проносящихся мимо стоящих путников. Под ногами будто летит, несется земля. Сзади, далеко у церкви, где виден хвост кавалькады, взметнулись кверху перепуганные птицы, растревожился мир захудалой русской деревни, которому Серов отводит весь задний план. Перед нами обычный русский внеисторический пейзаж с уходящими вглубь далями и высоким небом.

Но эпоха раскрыта здесь по-серовски, значительно глубже и социально заостреннее. Она выявлена не только характером персонажей и действия, но в большой мере контрастным сопоставлением их с окружающим пейзажем. Блестящая кавалькада всадников в иноземных мундирах, скачущая по русской деревеньке с вросшими в землю избами, ветхими сараями с обнаженными кровлями, одиноко пасущейся понурой лошадью, воспринимается как нечто искусственное, инородное.