В изображение монашеского острова при полном лунном свете Айвазовский вводит множество деталей, вносящих дополнительные эмоциональные акценты. Это и фигура молящегося чернеца на первом плане справа, и свет лампады в окне обители. 

Пожалуй, никогда до того так подробно профессор живописи морских сюжетов Айвазовский не изображал рефлексы лунного света на облаках, лунные блики на крепостных сооружениях и стенах храма, на таинственных тропах «святого острова». Тончайшая светопластическая нюансировка пейзажа придает ему безусловный молитвенный настрой. 

Особая эмоциональная проникновенность заставляет говорить об этом произведении как об одном из особо выдающихся живописных опытов художника в зрелый период творчества.