Множество копий и повторений его картин свидетельствуют о том, что Дольчи был очень популярен среди современников. Особенно ценились его полотна, полные легкого и условного благочестия.
К началу 40-х годов XVII века под воздействием «светло-темной» манеры Гвидо Рени, крупного представителя болонской школы живописи, Дольчи придал своим картинам более интенсивное и красочное выражение.

 
Спустя десятилетие он начал работать в новой манере, изысканной и блестящей, отражающей фламандское и голландское искусство, которое привилось в Тоскане благодаря творчеству художника и поэта из Лейдена, Яна ван Мириса. Дольчи продолжал работать над священными сюжетами. Будучи особенно внимательным к деталям — мебели, драпировкам, фактуре вещей — он достиг прекрасных живописных эффектов, усиленных утонченным колоритом. В это время художник все больше внимания стал уделять прорисовке фигур на заднем плане картин.

 
Такая творческая манера Дольчи — с внимательностью к деталям, яркой палитрой, гладкостью письма — завоевала покровительство клана Медичи, самой могущественной семьи Флоренции. Тосканские правители были его заказчиками и обеспечивали художнику безбедное существование.

 
Дольчи был известен своей набожностью и к каждой Пасхе писал новую фигуру Спасителя в терновом венце. В картине «Евангелист Иоанн» апостол изображен в типичной для себя манере — томным юношей с глазами, воздетыми к небу, в одеянии с изысканно спадающими складками, на темном условном фоне. Ближе к концу жизни художник делал своих персонажей на картинах более неподвижными и тяжелыми, дабы подчеркнуть их религиозность.

 
К 1675 году Дольчи почти перестал писать полотна. Это событие, как и скорую смерть мастера, принято объяснять роковой встречей художника с неаполитанцем Лукой Джордано, живописцем по прозвищу «Быстрый». На глазах старого мастера за несколько часов тот написал больше произведений, чем Дольчи мог создать за многие месяцы.