«Для каждой ясной мысли существует пластический эквивалент. Но идеи часто приходят к нам запутанными и туманными. Таким образом, необходимо прежде всего выяснить их для того, чтобы наш внутренний взор мог их отчетливо представить. Произведение искусства берет свое начало в некой смутной эмоции, в которой оно пребывает… Я уясняю себе мысль, погребенную в этой эмоции, пока эта мысль ясно и как можно более отчетливо не предстанет перед моими глазами. Тогда я ищу образ, который точно передавал бы ее… Это и есть символизм, если хотите.»