Александр Николаевич Волков — самобытный, сильный мастер. Он много работал в жанре портрета, составив целую галерею современников. Часто писал и свои автопортреты, один из которых, датируемый 1940-м годом, хранится в музейном собрании. К этому времени Александр Волков — состоявшийся, известный в Узбекистане художник, преподаватель Ташкентского художественного училища. Спустя три года после создания этого автопортрета ему будет присвоено звание заслуженного деятеля искусств, а в 1946-м — Народного художника Узбекской ССР.

Необычная манера одеваться, сложившаяся по всей видимости ещё в студенческие годы, обращала внимание всех, кто с ним знакомился. Чёрный берет, просторная рубашка с отложным воротником, короткие штаны до колена — эти предметы неизменно присутствовали в костюме Александра Волкова на протяжении его творческого пути. Чёрные чулки, плащ или накидка из ткани в различных вариантах могли дополнять романтический облик, чем-то напоминавший внешний вид итальянских художников эпохи Ренессанса. Не только манерой одеваться запоминался художник своим современникам, но и своей внешностью. Он был человеком невысокого роста, обладал крепкой, спортивной фигурой. Лицо его напоминало лицо римлянина. Глаза, тёмные, глубокие, сравнивали с глазами орла, «глядящего, не смыкая век, на солнце».

Именно таким предстаёт перед нами художник на погрудном автопортрете 1940-го года: широкоплечий, физически крепкий, — Волков запечатлел себя в самом разгаре творческих сил (ему здесь 54 года). Живописец буквально излучает жизненную энергию: это впечатление рождается в том числе и из-за активного разворота головы и плеч, сообщающего фигуре ощущение динамики. Свободно пишет Волков фон, широкими взмахами — одежду. Пристально всматриваясь в своё отражение, более подробно, детально лепит лицо: взгляд тёмных глаз направлен не на зрителя, но чуть в сторону, брови, тонкие, чёрные, изогнуты дугой, волосы, от виска к виску начёсанные на лоб, выглядывают из-под тёмного берета.

В портрете нет палитры — символа артистической профессии (А.Н. Волков несколько раз пишет свои автопортреты, изображая себя с палитрой в руке), но на фоне просматриваются очертания картины в тонкой раме: пейзаж с деревьями и три человеческих фигурки. Возможно, это одна из тех работ, которые были закончены незадолго до написания этого автопортрета. В конце 1930-х годов, в предвоенное время, художник как раз был увлечён созданием пейзажей-жанров, которые писал с натуры, в поисках мотивов прогуливаясь по окраинам родного Ташкента.

Созданный художником образ несколько выделяется на фоне прежних более сдержанных и статичных изображений: создаётся впечатление, будто Александр Николаевич написал работу на основе яркого и почти случайного впечатления от момента, когда уже спешил отправиться с этюдником на прогулку, чтобы в очередной раз воспеть в живописи горячо любимый Узбекистан: