«Работаю много и в самых разных стилях для разных парижских издательств», — писал Билибин о своем творчестве первой половины 1930-х годов, когда основные силы были снова отданы книжной графике. Главными заказчиками в этот период стали не русские эмигрантские издательства, а крупные парижские фирмы. Среди работ Билибина — иллюстрации к сборнику русских народных сказок Contes de l ́isba («Сказки избы»), французским сказкам Жанны Рош-Мазон Contes de la Couleuvre («Сказки ужихи»), сказкам братьев Гримм для парижского издательства Boivin et Cie. В 1934 году художник проиллюстрировал раздел русской мифологии в энциклопедии «Всемирная мифология» для издательства «Ларусс».

В иллюстрации Билибина домовой предстает в виде маленького косматого старичка в соответствиями с народными представлениями. О его силе свидетельствуют громадные руки. Он выползает из-за печки, когда в доме нет хозяев. Взгляд его насторожен, брови насуплены.

Расширение тематического круга, работа над новыми для художника типами изданий, оформление разнообразных книжных блоков способствовали профессиональному совершенствованию Билибина-книжника. Но все же иллюстрации 1930-х годов не достигают уровня лучших билибинских произведений предшествующих десятилетий. Необходимость работать быстро нарушила цельность билибинского стиля: художник начал повторяться, строгость его рисунка граничила с сухостью. Но дело не только во внешних причинах. Под влиянием развития современного искусства у Билибина давно назрело желание отойти от канонического следования художественным образцам прошлого, сделать выразительные средства более гибкими и разнообразными. К этому он стремился и по возвращении на родину в 1936 году.

От преимущественно контурного рисунка Билибин переходит, употребляя его собственное выражение, к рисунку, «обильно покрытому штриховой тканью», а иногда и почти свободноштриховому. Целиком перестроить давно сложившийся метод художнику было трудно, новые работы нередко оказывались эклектичными. Однако Билибину удавалось подчинить натурные материалы и впечатления законам «строгой» графики начала XX века. Принимая изменения, произошедшие в графическом искусстве, мастер тем не менее считал эти законы основой школы и строил на них свою систему преподавания на графическом отделении Института живописи, скульптуры и архитектуры в Ленинграде.