Поколенное изображение женщины в черном пальто и черной шляпке с вуалью со спины. Волосы модели золотистого цвета. Губная помада и перчатки — два красных акцента.

«Графичность», перешедшая у Дейнеки в живопись еще в 1920—1930-х гг. прослеживается и в послевоенных работах: черное и белое, линия и пятно. Благодаря преувеличенному контрасту работа приобретает особую цельность, за счет линии силуэта — яркую выразительность. Тем не менее, Дейнека не бросает эксперименты и находит новые острые решения в области организации картинной плоскости. Она буквально «перерезана» мощным силуэтом стоящей женской фигуры, взятой в неожиданном ракурсе. Это не произведение монументального искусства в прямом смысле этого слова, но, как отметил искусствовед и художественный критик Владимир Иванович Костин в статье о выставке А. Дейнеки, это…

Дейнека уделял особое внимание четкому контуру, которому доступно очень много: передача ритма, пропорций, пластики движения, характера формы. Здесь действительно много решает именно мощная линия силуэта. Нестандартный разворот фигуры от зрителя, тревожный ярко-красный и темно-коричневый, почти черный; вуаль, как символ траура, горя и прошедшей войны.

В данном же случае художник, вопреки сложившимся законам, умышленно нарушает это равновесие: сдвигает всю фигуру к краю для «прорыва» композиции вправо. Поворот лица в профиль определило особую остроту взгляда, близость края картинной плоскости — его напряженность. Это взгляд нового человека, взгляд вперед, взгляд в послевоенное будущее страны.