В 1872–1873 годах, будучи студентом Академии художеств, Суриков создает несколько эскизов композиций на евангельские темы. 

Темой данной картины послужил евангельский рассказ о том, как юная Саломея, восхитившая царя Ирода своей пляской, получила право попросить у него в награду все, что пожелает. По наущению своей матери Иродиады она потребовала голову Иоанна Крестителя.

В этой отчасти ученической работе Суриков пытается отойти от условности академических образов, давая чуть наивно утрированные психологические характеристики, по выражению профессора Академии П.П. Чистякова, «роли и даже слова» каждому действующему лицу. 

Состояние Саломеи передано в печальном наклоне головы, в том, как она держит зловещее блюдо, в отстраненно-задумчивом выражении ее лица. 

Образ Иродиады более однозначен, в возбужденно распахнутых глазах и улыбке, напоминающей оскал хищника, ее позе, руке, агрессивно упертой в колено, воплощено в первую очередь злорадство.

Художник продумывает и подробно описывает и сюжет, и место действия. Через открытую террасу справа в комнату дворца проникает холодный дневной свет, освещая восточные ковры и ткани в разноцветную полоску, а в глубине на фоне бордово-красных стен тускло поблескивают зеркала и украшенные деревянные ларцы с драгоценностями. Среди этого многоцветия и пестроты особенно эффектно выглядит голова Иоанна Крестителя, выразительно-суровое с резкими чертами лицо. Его мертвенная бледность оттеняется медно-красными прядями длинных волос, местами ниспадающих с золотого блюда подобно тонким струйкам крови, придавая всей сцене обусловленный сюжетом тревожный оттенок.