На портрете изображен Антон Григорьевич Рубинштейн русский композитор, пианист, дирижёр, музыкальный педагог. Портрет написал один из учредителей «Товарищества передвижных художественных выставок» — Василий Григорьевич Перов. Художник широко известен своими жанровыми, бытовыми сюжетами, но его портреты отличает глубокая психологическая проработка модели. Умение в парадном портере отразить психологические черты, дается далеко не всем художникам. Василий Перов мастерски передает образ величайшего пианиста и основателя профессионального музыкального образования в России.
Внешность Антона Григорьевича превосходно описана в рассказе Александра Куприна «Тапер»: «…он увидел, как в залу вошел пожилой господин, к которому, точно по волшебству, приковались глаза всех присутствующих. Вошедший был немного выше среднего роста и довольно широк в кости, но не полн. Держался он с такой изящной, неуловимо небрежной и в то же время величавой простотой, которая свойственна только людям большого света. Сразу было видно, что этот человек привык чувствовать себя одинаково свободно и в маленькой гостиной, и перед тысячной толпой, и в залах королевских дворцов. Всего замечательнее было его лицо — одно из тех лиц, которые запечатлеваются в памяти на всю жизнь с первого взгляда: большой четырехугольный лоб был изборожден суровыми, почти гневными морщинами; глаза, глубоко сидевшие в орбитах, с повисшими над ними складками верхних век, смотрели тяжело, утомленно и недовольно; узкие бритые губы были энергичны и крепко сжаты, указывая на железную волю в характере незнакомца, а нижняя челюсть, сильно выдвинувшаяся вперед и твердо обрисованная, придавала физиономии отпечаток властности и упорства. Общее впечатление довершала длинная грива густых, небрежно заброшенных назад волос, делавшая эту характерную, гордую голову похожей на львиную…».
Антона Григорьевича Рубинштейна почитают как одного из величайших представителей фортепианного исполнительства. По инициативе Антона Григорьевича была открыта в 1862 году в Петербурге первая русская консерватория, на строительство которой, пианист и талантливый педагог, пожертвовал часть своих сбережений. По воспоминаниям современников «денежная щедрость Рубинштейна замечательна; по приблизительному расчёту, им было пожертвовано около 300 000 рублей на разные добрые дела, не считая безвозмездного участия в концертах в пользу всяких учащихся, которым Антон Григорьевич всегда покровительствовал».
В первом выпуске консерватории, который состоялся в 1965 году, одним из учеников Антона Григорьевича, был Петр Ильич Чайковский. После окончания консерватории, Петра Чайковского, пригласил в качестве педагога Николай Рубинштейн, брат Антона Григорьевича. Николай Григорьевич, основал и возглавил Московскую консерваторию, как и его старший брат, он был блестящим пианистом, и дирижером и педагогом. Фортепьянный класс московской консерватории был сильнейший. Портрет Антона Григорьевича Рубинштейна, представленный на выставке, много лет висел в фортепьянном классе московской консерватории, как непревзойденного исполнителя фортепьянного исполнительства.
Внешность Антона Григорьевича превосходно описана в рассказе Александра Куприна «Тапер»: «…он увидел, как в залу вошел пожилой господин, к которому, точно по волшебству, приковались глаза всех присутствующих. Вошедший был немного выше среднего роста и довольно широк в кости, но не полн. Держался он с такой изящной, неуловимо небрежной и в то же время величавой простотой, которая свойственна только людям большого света. Сразу было видно, что этот человек привык чувствовать себя одинаково свободно и в маленькой гостиной, и перед тысячной толпой, и в залах королевских дворцов. Всего замечательнее было его лицо — одно из тех лиц, которые запечатлеваются в памяти на всю жизнь с первого взгляда: большой четырехугольный лоб был изборожден суровыми, почти гневными морщинами; глаза, глубоко сидевшие в орбитах, с повисшими над ними складками верхних век, смотрели тяжело, утомленно и недовольно; узкие бритые губы были энергичны и крепко сжаты, указывая на железную волю в характере незнакомца, а нижняя челюсть, сильно выдвинувшаяся вперед и твердо обрисованная, придавала физиономии отпечаток властности и упорства. Общее впечатление довершала длинная грива густых, небрежно заброшенных назад волос, делавшая эту характерную, гордую голову похожей на львиную…».
Антона Григорьевича Рубинштейна почитают как одного из величайших представителей фортепианного исполнительства. По инициативе Антона Григорьевича была открыта в 1862 году в Петербурге первая русская консерватория, на строительство которой, пианист и талантливый педагог, пожертвовал часть своих сбережений. По воспоминаниям современников «денежная щедрость Рубинштейна замечательна; по приблизительному расчёту, им было пожертвовано около 300 000 рублей на разные добрые дела, не считая безвозмездного участия в концертах в пользу всяких учащихся, которым Антон Григорьевич всегда покровительствовал».
В первом выпуске консерватории, который состоялся в 1965 году, одним из учеников Антона Григорьевича, был Петр Ильич Чайковский. После окончания консерватории, Петра Чайковского, пригласил в качестве педагога Николай Рубинштейн, брат Антона Григорьевича. Николай Григорьевич, основал и возглавил Московскую консерваторию, как и его старший брат, он был блестящим пианистом, и дирижером и педагогом. Фортепьянный класс московской консерватории был сильнейший. Портрет Антона Григорьевича Рубинштейна, представленный на выставке, много лет висел в фортепьянном классе московской консерватории, как непревзойденного исполнителя фортепьянного исполнительства.
