Совершенствуя художественное мастерство, Вера Хлебникова на несколько лет оставила Астрахань, уехав сначала в Петербург, затем во Францию и Италию. После возвращения из Европы начался астраханский период творчества художницы, захвативший 1917–1924 годы.
Для него характерна выраженная тяга к восточным мотивам (в это время написаны «Верблюды», «Девушка с лебедем», «Восточный орнамент»). После смерти Велимира в 1922 году Вера занялась циклом иллюстраций к его произведениям, появились «Вила», «Ветер», «Лешак», «Русалки».
В 1924 году, став женой Петра Васильевича Митурича, она переехала в Москву. Финансовое положение семьи было нестабильным. «Зима», то есть период с осени по весну, отводилась «заработкам»: Митурич до увольнения преподавал во ВХУТЕМАСе; супруги часто работали в тандеме над книжной графикой или крупными заказами. Жить приходилось в комнате в 30 метров, в которой была газовая плита — единственный источник горячей воды, в «наиэкономнейшем» режиме.
Лето посвящали работе для души: уезжали на Волгу, в Судак или Джубгу, в Солотчу или Спас-Загорье — и посвящали себя творчеству. Уехать удавалось не всегда, и условных «зим» было больше, чем «лет».
Пётр Васильевич вспоминал, что примерно полмесяца они «были сыты и расплачивались с долгами», а вторые полмесяца «перебивались займами» и уповали на услуги старьевщика.
Рождение сына Мая и переезд в Москву престарелых Владимира Алексеевича и Екатерины Николаевны, повседневные заботы оставляли Вере Владимировне все меньше времени для творчества. При этом особую художественную ценность обрели для нее самые обыденные вещи: белье на сушилке, чайник, сахарница… Яркие насыщенные цвета, будь то акварель или цветные карандаши, заставляли нелегкую жизнь играть праздничными красками.
К концу 1930-х годов относится и «Натюрморт с мандаринами». Яркие фрукты — это воспоминание о южной щедрости Астрахани в лучшие годы. Изделие Императорского стеклянного завода, кружка кобальтового стекла, развернутая ручкой от зрителя и визуально немного суженная книзу, больше напоминает китайский сосуд для чайной церемонии — гайвань. С помощью такой игры привычными предметами художница сумела вернуться к любимым ею восточным мотивам.
