Лаковая живопись Палеха появилась благодаря потомственному иконописцу Ивану Голикову.

Художник родился в Москве в январе 1887 года (по старому стилю — в декабре 1886-го). Когда ему было семь лет, семья вернулась в Палех. С десятилетнего возраста мальчик учился в знаменитой мастерской Николая Софонова, а позже работал в иконописных мастерских Москвы и Петербурга, расписывал храмы. После революции 1917 года и становления советской власти, которая стала препятствовать иконописи, художник начал самостоятельные творческие поиски.

Иван Голиков долго размышлял, в какой форме сохранить самобытное искусство Палеха, и уже в начале 1920-х годов создал первую лаковую роспись. Вдохновили его шкатулки из Федоскина, которые мастер увидел в Кустарном музее в Москве (в 1999 году его коллекция вошла в собрание Всероссийского музея декоративного искусства).

Историк искусства Владимир Порудоминский описывал волнение, охватившее художника в тот момент:

Интересно, что художник сначала не смог раздобыть заготовку из папье-маше, и тогда он вырезал донышко из фотографической ванночки и первую миниатюру выполнил на нем.

Год спустя он уже работал в мастерской Александра Глазунова и создал ряд лаковых росписей. В них он наметил основные черты нового искусства, взяв за основу традиции разных иконописных школ: палехской, строгановской и ярославской. В 1924 году Голиков стал одним из учредителей «Артели древней живописи».

Художник сохранял иконописную манеру письма, но при этом создавал наполненные жизнью, динамичные образы: сцены охоты, свидания, хороводы, катания на тройках, битвы. Зачастую он вдохновлялся русской песней. Когда звучала протяжная старинная ямщицкая песня «Вот мчится тройка удалая», Голиков потрясенно переживал красоту ее мелодии и слов. И, как народная песня поется много раз и никогда не повторяется, так и его тройки каждый раз были разными: зимние и летние, с пейзажем и без, свадебные, ночные и многие другие.

Голикова не раз упрекали в том, что он писал красных, голубых, розовых, золотых коней, которых не существует в жизни. Но мастер обладал особым художественным чутьем: он создавал не натуралистичные, а поэтичные образы. Его красочные миниатюры с изысканными пропорциями отличаются динамичностью и стремительностью линий, в его тройках будто чувствуется скорость и страсть к жизни.