Жанр парсуны сложился в России на рубеже XVII–XVIII веков как переходный от иконописи к светскому портрету. Название происходит от искаженного «персона» — так называли европейские портреты. Первые русские парсуны были написаны в иконописных традициях мастерами Оружейной палаты Московского Кремля. Портретное сходство в парсуне передается условно: важнее обозначить достоинство человека и его положение.

Парсуна Марфы Собакиной поступила в Ульяновский областной художественный музей в 1901 году от Н.А. Иванова, землевладельца из села Собакино.

Марфа Васильевна Собакина, дочь коломенского дворянина, была третьей женой Ивана Грозного. Дважды вдовец, царь лично выбрал Марфу на традиционном смотре невест. Сразу после обручения летом 1571 года девушка тяжело заболела и начала «сохнуть». Свадьбу сыграли осенью, а 15 дней спустя молодая жена умерла. Точная причина смерти неизвестна, но первые две жены Ивана Грозного были отравлены. В ходе расследования гибели Марфы Собакиной указом царя были казнены 20 человек, включая ее мать и братьев.

До XIX века на Руси сохранялась традиция изображать русских цариц в образах монахинь. Жест рук на парсуне Собакиной созвучен с традиционным жестом Марии из сцен «Благовещения». Лицо Марфы спокойно и одухотворенно. Выразительны и тонкие, устремленные вверх пальцы левой руки, тающие на фоне черной мантии. Этот жест пришел в парсуну из иконописи. Он связан с изображением праведников, означает искренность и чистоту помыслов. В парсуне Марфы в нем есть и отречение от мира, и высокая духовность.

Выступающие из черного фона одежды, бледное лицо и руки написаны с сильным контрастом светотени и выглядят лучезарными. Дрогнувшие губы, далекий, отстраненный взгляд, погруженность в себя — все это приметы нового времени в искусстве портрета, стремление передать особое психологическое состояние. Внизу виден картуш с надписью: «Марфа Васильевна Собакина в монахинях Иона бывшея царица третия супруга царя Ивана Васильевича названного Грознаго».