В июне 1941 г. охрана лагерей была переведена на военное положение. В годы войны в армию было призвано 69% личного состава ВОХР. Ушедших в армию заменили военнообязанными старших возрастов, ограниченно годными к службе в армии, и женщинами.
Новые сотрудники были малограмотными, не имели профессиональной подготовки и не были знакомы со спецификой работы в местах лишения свободы. Поэтому в первые годы войны возросло число побегов заключенных, в том числе вооруженных и групповых.
Большая роль в охране и розыске беглых заключенных отводилась служебным собакам, которые делились на конвойных, караульных и розыскных. Курсы подготовки проводников и инструкторов собак проводились регулярно.
Основная порода — немецкая овчарка. Розыскная собака прикреплялась к конкретному проводнику/инструктору. Тренировки были направлены преимущественно на поиск следа, обыск местности и задержание.
На проводника/инструктора служебно-розыскной собаки (СРС) и его питомца возлагалась задача розыска и преследования бежавших заключенных.
Проводник СРС Печоржелдорлага Гайдук И. С. вспоминал, что во время тренировки кто-нибудь из служащих ВОХР изображал беглого заключенного. Пса пускали по следу. Догнав беглеца, собака обязательно его «трепала». Затем давался выстрел — беглец «убит».
При побегах в погоню за невооруженным заключенным отправлялся проводник с собакой и два бойца ВОХР. Если побег был вооруженным, количество сопровождающих стрелков увеличивалось.
Наличие в лагере собак, натасканных на задержание человека, производило мощный психологический эффект на заключенных, являясь в какой-то мере способом профилактики побегов и неповиновения.
